Дато прощается с отчимом, треплет по голове Ваньку. И раскрывает мне объятия. Снова.
Что он творит?!
— Обнимемся? Я не кусаюсь.
— Наобнимались уже. Пока, хорошо долететь, — пытаюсь я отшутиться.
Но Дато сам подходит, прижимает меня к себе, и говорит весело:
— Вы берегите эту бедовую девчонку, пока меня не будет. И за Давида ее не отдавайте, получше жениха найдем. Вот вернусь, и лично этим вопросом займусь.
Звучит все как шутка, я даже заставляю себя рассмеяться — ах, какой у меня заботливый «брат». Но либо из меня актриса отвратительная, либо Дато перегнул — на обратном пути от аэропорта отчим то и дело задумчиво посматривает на меня, а не в рабочий телефон, как обычно.
Нас с мамой высаживают у студии красоты, а отчим возвращается на работу.
— Мам, ты Ване подарок купила?
— Разумеется.
— И что за подарок? — спрашиваю.
Молитвенно складываю ладони, молясь про себя: только не фотосессия! Ваня обожает конный спорт, и наконец он добился пробега на лошади почти в сто километров за день. Его утвердили как участника соревнований — это мы сегодня и празднуем. Дурацкая фотосессия в качестве подарка не обрадует пацана-подростка.
— Я уговорила Алессандро устроить Ване фотосессию. Более того — если Арчил разрешит, и Ваня понравится Алессандро, твой брат может сняться в рекламе, — в голосе мамы радость и воодушевление.
Снова мои молитвы не услышаны.
И пока стилисты готовят нас к семейной тусовке, мама вслух мечтает о том, как Ваня затмит всех в модельном бизнесе. Я решаю не ломать мамины фантазии, хотя уверена, что этому не бывать.
В остальном мы хорошо проводим время. Мама спрашивает меня про учебу, работу, друзей. Искренне волнуется, восстановилась ли я после отравления дымом.
Иногда нам классно вместе, я ценю эти моменты.
Но отличное настроение пропадает, когда мы входим в ресторан. С легким опозданием по настоянию мамы.
— Должен был быть семейный ужин, — шиплю я ей на ухо.
Потому что в ресторане не только наша семья, но еще и Давид с сестрой и их отцом!
— Они уже практически семья.
Поджимаю на эти слова губы, мама качает головой.
— Глупенькая ты еще. Я же знаю, что ты в Давида влюблена. Не слепая, видела, как ты глазела на него все эти годы. Любовь прошла, или цену себе набиваешь? Если последнее — не советую увлекаться, Давид может оскорбиться. А Арчил — потерять терпение.
Мы идем к столу. Маме я не отвечаю, настроение умножено на ноль. Я действительно была влюблена в Давида, и долго, но все воспоминания об этом затерты. Будто то не я была — мечтательная девчонка, зрачки которой превращались в мультяшные сердечки при виде Давида.
Первая часть ужина проходит прилично: мама дарит Ваньке фотосессию, я — занятия с кинологом, отчим — красивый учебный арбалет, от которого брат приходит в восторг. Семья Давида тоже задаривает брата, поздравляют с грядущими соревнованиями.
А затем Давид встает, и просит слово.
— Снежана, ты знаешь, как я к тебе отношусь. И вы все тоже знаете о моих чувствах, — начинает он.
Только не это! Пожалуйста, мне бы всего один хороший день!
— Давид, — качаю я головой.
Он игнорирует, как и все вокруг.
Сам напросился, я просто откажу прилюдно.
— В последнее время я часто бывал у вас дома. Ради тебя. Прости за ту старую шутку, я обидел тебя. И уважаю за строгость и честь. Но все же прошу: стань моей невестой.
И только я хочу ответить твердое и четкое «нет», как со своего стула поднимается отчим.
— Молодость тороплива и горяча, — говорит он покровительственным тоном. — Не у дочери нужно спрашивать, а у меня, как у главы семьи.
— Простите.
— И я вас благословляю, — чеканит Арчил Григорьевич.
Смотрит он при этом на меня. Как коршун, того и гляди когтями вцепится, если я вздумаю трепыхаться.
И моя точка кипения наступает. Я взрываюсь, тоже встаю, и говорю с вызовом:
— Я не могу стать твоей невестой, Давид. Извини, но я уже замужем.
Глава 9 — Скандал
СНЕЖАНА
— Иван, иди наверх.
— Вы ругаться будете? — младший грозно хмурит брови на Арчила Григорьевича.
— Наверх. Быстро. Нелли, проводите его, и помогите разобрать подарки, — дает отчим указание горничной.
Он идет в гостиную, мама следует за отчимом безмолвной тенью. Я тоже должна. Но, как маленькая, хочу убежать в спальню, и спрятаться в гардеробной под ворохом вещей.