Мама с отчимом и Гришей — моим вторым сводным братом — уже в холле.
Улыбаются.
Мои глаза мне лгут?
— Какой милый букет. Очаровательный. Спасибо, — щебечет мама.
Отчим кивком благодарит за бордово-коричневую коробочку. Скорее всего там сигары.
Знакомлю их между собой, и мы садимся за стол.
Мне кусок в горло не лезет от нервов, но я заставляю себя есть. Каждую секунду я в напряжении жду подставу, но уже полчаса не дожидаюсь ее. За столом идет вежливая беседа: погода, события в стране, абстрактные планы на жизнь, мировые новости. Никаких острых тем и вопросов не поднимается, даже политику обсуждают сглаженно.
Даниил ест. Поддерживает беседу, носом не клюет. Но я чувствую — он дико хочет спать.
Как же он за руль в таком состоянии сел.
— Спасибо, — благодарю я Нелли за десерты.
Голос мой дребезжит от нервного напряжения: слишком все хорошо проходит! Отчим и мама того и гляди благословят нас с Даниилом плодиться и размножаться.
— Такая хорошая у вас профессия, — улыбается мама Дане. — И загруженность, наверное, большая. Как же вы успели со Снежаной познакомиться?
— На одном мероприятии. А в Сочи я хотела познакомить вас с Даней, но ты внезапно улетела по работе, — я встреваю, пытаюсь перевести тему на мамину работу.
Не выходит.
— Встретились, влюбились, поженились?
Я уверенно киваю. Именно так. Отстаньте уже.
В разговор вступает отчим:
— Быстрые. Настолько быстрые, что даже кольцами не обменялись.
Если бы я могла — хлопнула бы себя ладонью по лицу. Я про чертовы кольца даже не подумала!
Даниил поднимается из-за стола. Он уйдет сейчас!
— Я хотел сделать это при вас, — говорит он спокойно. Достает синюю коробочку из внутреннего кармана пиджака, и смотрит на меня.
Я медленно поднимаюсь. Волнуюсь еще сильнее, но уже не из-за мамы и Арчила Григорьевича. Все не по-настоящему, но плевать! Никогда и никто еще не надевал на мой безымянный палец кольцо.
Их два. Самые простые, золотые обручальные ободки. Мое идеально садится на палец.
Пальцы еле слушаются, пока я надеваю кольцо на палец Даниила. Пытаюсь вложить в свой взгляд всю благодарность, которой преисполнена — он подумал о кольцах!
Именно в этот момент я понимаю, что не хочу отпускать Даню из своей реальности.
Может, мы станем друзьями на всю жизнь. Я бы хотела. Очень!
— Мило, — цедит Арчил Григорьевич.
— Пожалуйста, нее смущайте меня. Давайте попробуем десерт, — пытаюсь я спасти ситуацию.
Но, видимо, за предыдущие полчаса моего психоза я накликала беду. Ни мама, ни отчим больше не фонтанируют любезностями. Арчил Григорьевич отодвигает от себя тарелку, и спрашивает:
— Могу я узнать: планируете ли вы устроить праздник, друзей позвать, родственников?
— Вы просили нас не афишировать, — отвечаю я.
— Просил. Но даже без моих просьб вы не афишировали ваши супружеские отношения. Занятно получается, Рина, — обращается он к маме, — перед нами сидят муж и жена. Тихо сыграли свадьбу, не устроили праздник, живут каждый у себя. Отличный медовый месяц, не правда ли? Или сейчас так принято, а я от жизни отстал?
— Дорогой, будь добрее. Молодой человек живет скромно, и не может себе позволить содержать нашу Снежану. Она на маникюр тратит больше, чем Даниил на бензин за месяц. Они оба разумно поступили, решив жить каждый своей жизнью. Снежа — в комфорте, а молодой человек — выплачивая ипотеку за небольшую квартирку.
— Мама! — выкрикиваю я.
Мои щеки горят как от пощечин. А мама вздергивает брови.
— Я не хотела никого обидеть. Это всего лишь правда. На нее не обижаются, но если задела — прошу меня простить.
Даниил к десерту не прикасается, как и все мы. Он переставляет тарелку вправо, встает из-за стола.
Я поднять на него глаза не смею. И не знаю, что сказать. Так обидно мне не было даже после разочарования в Давиде. И во время домогательств Дато, о которых я даже рассказать никому не могла.
Я пойму, если Измайлов сейчас пошлет нас всех матом.
— Спасибо за ужин, — слышу ровный голос Даниила и наблюдаю мамину победную улыбку. — Снежана, — зовет он меня.
Я пересиливаю себя, и поднимаю голову.
Даниил протягивает мне руку, и говорит:
— Нам пора.
Глава 11 — Доброй ночи и доброе утро
СНЕЖАНА
Почему-то у меня возникает чувство, что на решение у меня секунды. И если я не протяну руку Дане — так в этом болотце и утону.