Домой я возвращаюсь, стараясь прогнать уныние.
Выгонит меня Даня, и что? Попробую от Дато отбиться сама. На крайний случай соглашусь выйти за Давида, пусть он меня от свихнувшегося сводного защищает.
Угу, если Давиду это нужно после моего публичного отказа.
Ненавижу мужчин, кто их вообще придумал!
Телефон вибрирует. Дергаюсь. Снова Дато?
Мама. Неужели, вспомнила обо мне?
«Надеюсь, ты уже перебесилась, и готова вернуться домой. Про твой брак мы с Арчилом все выяснили сразу после твоего отъезда. Снежа, это позорище. Заканчивай дурить, и приезжай, пока окончательно не потеряла репутацию», — читаю.
А следом смотрю пересланные мамой видео, где меня подводят к Даниилу на нашей свадьбе, и видно, что мы чужие друг другу люди! А следом запись с камер сочинского отеля: в номер я захожу одна, выхожу — тоже одна. Ни единого пересечения с Даней. Брачная ночь.
Опускаюсь на диван. Супер, Арчил Григорьевич знает, что нас с Даней поженили по ошибке. Как я могла подумать, что он не выяснит правду.
На кураже пишу маме упрямое:
«Это только наше с Даней дело, какая у нас была свадьба. Мам, я влюбилась, это главное. И Даня меня очень любит. У нас семья! Порадуйся за меня, наконец!»
Подпрыгиваю на диване от звонка в дверь.
Посмеиваюсь. Боже, ну я и псих.
Через глазок вижу парнишку с букетом, открываю.
— Снежана Маршания? Это вам, — он вручает мне букет из метровых роз — жутко неудобный, и чем-то отталкивающий, несмотря на красоту.
Тащу его на кухонный стол, открываю записку, и холодею.
«Скоро увидимся, малыш. Накажу»
— Да когда же ты отстанешь от меня! — рычу, и отхожу от букета как от клубка ядовитых змей.
Подписи нет, но я отлично знаю, что букет от «братца».
Дато пугает меня до дрожи. Пугает в большей степени не своими домогательствами и преследованиями, а манией. Он действительно выжидал, пока я повзрослею — и это самое ужасное. Смотрел на меня, виду не подавал, относился как к члену семьи. Готовился. И напал, как пришел срок.
Некоторые люди отлично умеют скрываться. Записка — тому пример, это что-то на маньячном языке.
Я снова плюхаюсь на диван, но сразу же встаю брезгливо. Напряжение достигает высшей точки.
Вчера мы смотрели здесь фильм, сюжет которого я не вспомню, даже если меня будут пытать. Досмотрели, я пошла спать, Даня вроде бы тоже. Но я решила проверить, закрыли ли мы дверь. Вышла из спальни, Даня даже не заметил, сидел, в телефон уткнувшись. Я мимо него на цыпочках в темноте. Ключ был вставлен в замок — значит, мы заперты. Убедилась, и снова на цыпочках обратно.
Но любопытство сгубило кошку.
Я встала за спиной Дани, медленно наклонилась, стараясь не дышать. Чтобы ни дуновения, ни скрипа, ни вздоха. И посмотрела, чем он так увлечен в своем телефоне.
Меня это размазало.
«Какое белье предпочитаешь, незнакомец? Хочу быть секси для тебя»
«Жди меня голая, это секси»
«Как скажешь)) Но я накину халатик, вдруг придется долго ждать. Замерзну)»
«Выебу — согреешься»
«Я уже теку, горячая вся. Если твоя фотка реальная, разрешу и согреть, и выебать, и что сам захочешь. Завтра в 20.30?»
«Да. Никаких халатов. Будь голая»
«Ты охуенный. Я сейчас кончу»
«Трогаешь себя?»
Я видела, как Даня набирал последнее сообщение. Трогает ли она себя.
И ушла. Не знаю даже, тихо или нет. Может, Даня заметил, что я была в метре от него, и прочитала последние сообщения. Может, он был настолько увлечен перепиской, что ему было бы плевать даже на ядерный взрыв.
Трогает ли она себя?
Какие фотки он скидывал?
Выебать обещал! Сегодня, сразу после смены он поедет на встречу с явно незнакомой ему женщиной. Это точно не эта его Ирина. А может, и она. Вдруг у них такие игры.
Мне Даня с утра сказал, что сегодня задержится, и возможно не придет ночевать.
Кобель! Ну и пусть не ночует, мне то что? Мне плевать, в кого он свой член будет засовывать, не мое дело!
До вечера я зло занимаюсь уборкой. К цветам пока прикасаться не готова, так они и лежат на столе. А я протираю полки, мою кафель, даже ужинаю. И все больше бешусь, когда нахожу в тумбочке пыльную рамку с фотографией Ирины и Даниила. Протираю ее, и ставлю на самое видное место.
— Он точно меня выставит. Возможно, завтра, — говорю себе под нос.
Приведет сюда эту свою голую, готовую на все женщину. Она будет встречать его без халата, не будет раздражать.
Или Ирину вернет. А с голой-без-халата будет встречаться после работы.
Я же выйду замуж за Давида, и рожу ему тройню. Или за Дато.