— Ну да, ну да, кому я буду нужна с заочным? — ругалась Ленка. — Я с таким трудом поступила на бюджет. Буквально тютелька в тютельку прошла, а теперь все коту под хвост!
— Слушай, — не выдержала я, — ты когда с Мироном спала, об этом думала? Нет! Думала, авось пронесет? Как видишь, не пронесло. Кто теперь виноват?
— Я, конечно, я.
— Да, ты. Ты решила рожать — я твое решение приняла и не отказываюсь помогать, но, Лен, пора бы уже тебе брать на себя ответственность за собственную жизнь.
— А я не беру? Тебе трудно, что ли, с Верой посидеть, пока я на учебе буду?
— Хорошо, тогда я уволюсь, сяду дома с твоим ребенком, — я сделала акцент на слове «твоим», — а ты будешь учиться и работать. Идет?
— Как ты себе это представляешь?
— А ты?
Ленка еще долго что-то недовольно бубнила себе под нос. Но, как бы ни ворчала сестра, получилось так, как сказала я, потому что другого выхода из ситуации не было. Правда, все равно, большая часть заботы о родившейся Верочке легла на мои плечи. Лена даже сама к педиатру с ней сходить не могла, все ждала, чтобы я повсюду и везде ходила с ней.
Денег с моей крошечной зарплаты нам и до рождения малышки хватало впритык, а теперь и совсем перестало хватать. Я просила сестру поговорить с Мироном: как ни крути, а он отец и должен был хоть как-то помочь.
Дня четыре назад сестра вернулась домой и принесла двести тысяч рублей.
— Вот, папаша Веры выделил, — довольно фыркнула она. — С барского плеча, так сказать.
— Ну, хоть что-то.
— Да-да, и сказал, что больше мы с дочкой не получим.
— А ты ему не сказала, что можешь подать в суд, установить факт отцовства, и тогда он будет обязан в течение восемнадцати лет выплачивать алименты на ребенка? — спросила я Ленку.
— Не сказала, да и не обязан он больше ничего.
— Почему?
— Я бумагу подписала, — поджала она губы.
— Какую бумагу?
— Ну, что получаю вот эту сумму, — она кивнула на деньги, — и больше претензий не имею.
— Ты серьезно? — ахнула я.
— А что я должна была делать? — тут же взвилась Ленка.
— Ничего, — вздохнула я. — Ничего.
После того разговора сестре резко стало плохо, и три дня она жаловалась на то, что у нее все болит. За дочкой не смотрела, все легло на мои плечи. Вчера, вернувшись из школы после уроков, я застала Лену, лежащей на диване и смотрящей какие-то видео в интернете, а Вера в это время была одна в своей комнате и заливалась плачем. Ленка будто и не слышала крика дочери.
Я вздохнула и взглянула на Верочку, которая, наевшись, теперь мирно посапывала у меня на руках. Времени уже много прошло, а Ленки все нет… Куда она запропастилась?
Отнеся малышку в кроватку, я вышла в большую комнату и набрала номер сестры…
Глава 2
Трубку Лена не брала. Я бросила взгляд на часы — почти четыре. Вера теперь должна проспать часов до семи. Смысла укладываться спать не было, да и сердце сжималось от тревоги за сестру. Куда она могла уйти посреди ночи?
Я пошла на кухню, чтобы сделать себе кофе. Достала банку с полки, захлопнула дверцу и заторможенно начала насыпать кофе в чашку. В голове промелькнула какая-то мысль, которую я не могла уловить. Что-то было не так. Я снова открыла дверцу и тут же поняла, что же меня смутило: слева обычно стояла баночка кофе и пачка чая, а справа должны были лежать деньги. Деньги, которые я снимала с карты и оставляла дома для сестры на всякий случай, ведь она не работала, плюс те самые деньги, которые на днях отец Веры отдал Ленке. Денег не было. Ничего. Даже мелочи, которая все время лежала там же, на декоративной тарелке. Кто-то забрал абсолютно все.
— Ленка, — прошептала я и тут же снова начала набирать номер сестры.
После долгого ожидания я наконец-то услышала ее голос. Недовольный.
— Что ты названиваешь? — прошипела она.