— Ублюдок, ты поплатишься за это, — прохрипел Лэнгдон. Его голос больше походил на рык.
— За что? За то, что я возбуждаю твою куколку больше тебя? — всё-таки демон невзначай шагнул назад, потому что глаза Майкла были уже чёрными.
Майкл, не помнивший себя, вновь побелевший, голой рукой проткнул Астарота насквозь в области сердца, и то и обомлел.
— Я же, — прохрипел демон, — всё равно воскресну.
— Ага. В клетке. Мразь. — Антихрист вынул гнилое сердце из красноглазого и с отвращением отбросил в сторону. Потом блондин посредством трансмутации оказался рядом с перепуганной Корделией, присаживаясь на корточки рядом с ней. — Мне нужно обезвредить его, — в его глазах всё ещё читалась невыносимая злоба.
Он притянул её к себе и со всей силой впился в розовую шею, протыкая клыками и жадно глотая кровь. Делия чувствовала, что сейчас задохнётся, но понимала: так надо. Как только мужчина закончил, она обмякла в его руках и прикрыла глаза. Майкл тяжело вздохнул и трясущейся рукой сжал её волосы у макушки. «Чёрт». Мужчина стиснул зубы и максимально сосредоточился на парализующем заклинании для Астарота. Когда его тело исчезло, очнулась ведьма в привычном длинном наряде.
— Не поможешь? — она посмотрела на него исподлобья, с мольбой и страхом, намекая на сочащуюся из-за укуса кровь. Лэнгдон провёл рукой по ранам, и они затянулись. — Спасибо. — всё так же неуверенно.
— Пойдём. Я не знаю, что ещё подкинет мне Отец, нужно выдохнуть и набраться сил, — сухо выдал блондин и едва ли не по коленке себя стукнул, подзывая её, как какую-то шавку, что, к слову, послушно пошла за ним.
Это молчание было невыносимо. Они прошли уже приличное расстояние, оказываясь у гнилой реки на одном из высоких уровней, но не проронили ни слова. Корделия не знала, что сказать, как аккуратно выспросить у Антихриста, как тот воспринял происходящее, потому что от него исходила такая тёмная аура, что, казалось, открой она рот — он тут же свернёт ей шею.
— М-Майкл, — она чуть запнулась и одёрнула руку, передумав касаться его. — Ты же не думаешь, что я это…намеренно, — ведьма опустила глаза. Внутри она тряслась, как осиновый лист, да и снаружи выглядела не лучше. Глаза красные, заплаканные, щёки, напротив, побелевшие, уголки губ опущены, руки потирают озябшие от
волнения плечи.
— Нет, — слишком быстро и резко ответил мужчина, смотря исключительно вперёд. Зубы стиснуты, губы поджаты. Совершенно точно не думает, что она это намеренно. Сейчас он в принципе ни о чём не думает. За исключением того, что его любимую девочку чуть не выебали у него на глазах. Сука.
— Я действительно этого не хотела. Пожалуйста, не сомневайся во мне, — девушка мягко коснулась его пальцев своими холодными и дрожащими, но Антихрист резко выдернул руку.
— Помолчи! — проще было грубо её перебить, нежели ещё грубее сломать ей что-нибудь.
— Майкл, да постой же ты! — блондинка сорвалась на крик и уже более настойчиво схватила его запястье, разворачивая на себя.
— Что тебе нужно? Дай мне время остыть, Корделия. Не прикасайся ко мне, не пытайся меня обнять, поцеловать, ничего не делай. Я не хочу тебя касаться, — в сердцах выкрикнул Лэнгдон, и она увидела в его глазах отвращение.
— Ты действительно считаешь, что я могла бы…
— А что, не могла бы? Ты только что запрыгнуть на него была готова.
— Да что ты такое несёшь, чёрт возьми?! — если он собрался добить её, то получалось просто отлично. — Он наложил какое-то заклинание на меня, ты же видел. — почему она должна оправдываться?
— А до этого? Что вы делали в прошлый раз, когда меня не было? А чем закончился тот ваш поцелуй? — он истерично кричал, сам весь бардовый и злой.
— Какой поцелуй?! — Делия не заметила, как они отходили друг от друга всё дальше.
— Тот самый, первый. Мне показали, Корделия, как вы мило обнимались у камина. И сбежать ты от него не пыталась, когда он полез к тебе, — горечь и обида витали вокруг него, чем вдруг начали дико раздражать её.
— Да ты меня убить собирался, Лэнгдон, мерзавец! Ты спал с Алекс в тот момент! — Верховная была в гневе, нет, в ярости. Всё тело горело, а слёзы на глазах высохли на мгновение.
— Как будто тебе было до этого какое-то дело, — буркнул Майкл, отдыхиваясь. Он честно пытался адекватно воспринимать ситуацию, но другая сторона этой самой адекватности говорила о том, что Корделия красивая видная девушка с кучей положительных качеств, на которую не заглядываться — значит быть слепым, отчего все отрицательные эмоции вновь разгорались в нём.