— Делия я не буду тебя осуждать, просто хочу поддержать…
— Астарот не трахал меня! — блондинка закричала, отчаянно, злобно. Корделия была на грани, и Антихрист был вынужден ей поверить и успокаивающе погладить по плечу. — Я говорю правду, — уже более спокойно сказала ведьма. — Я не хочу тебе врать и говорить, что он не пытается. Ещё как пытается, но пока у него не получилось. Мне очень хотелось бы сказать, что я у тебя сильная девочка, но если он всё же решится довести это дело до конца, я не смогу защитить себя. То, что я пока не тронута, это больше его заслуга. — Девушка дрожала, подбирала слова. Не нужно говорить Майклу об этом, не нужно. Нужно промолчать, сказать, что всё хорошо, он ведь накрутит себя, уже накрутил. Но проблема Делии всегда заключалась в её экстремальной откровенности, и если бы демон в действительности надругался бы над ней, она бы тоже сказала, просто не умела не сказать. — Астарот… Я не понимаю, чего он хочет. Когда меня пытали, — а вот тут всерьёз стоило прикусить язык и заткнуться, потому что у Майкла раздулись ноздри и сжались кулаки, — в общем, тогда я потеряла всякий смысл и надежду. Тогда у меня не было сил сопротивляться и драться, я была безвольной куклой. Но он не стал меня…передумывал на этапе…пришёл и передумал. Говорил потом, что так неинтересно, когда мне всё равно.
Это было глупо отрицать, она видела, что красноглазый честно пытается себя сдержать. Нет, не оправдывала, не жалела, но видела. Однако, это не прибавляло демону очков, ведьма была уверена, что это всего лишь игра. Это не маленький неопытный Майкл. Хотя даже он умел притворяться. А тут вполне себе взрослый хитрый демон. Единственное, о чём думала Верховная: «Пусть подольше играет в благородство». Возможно, ей удастся изучить его, тем более, когда она знает, что может видеть Майкла, появился смысл. Вновь.
— Но сейчас он не заходит ко мне по ночам. Видишь? Мы смогли об этом договориться, — непонятно, кого она успокаивала, потому что успокоиться не мог никто. Ведьма накрыла ладонь Антихриста своей и заглянула в глаза настолько нежно и весело, насколько умела. — Всё будет хорошо.
Как же Майкл хотел наорать, что нихрена не будет. Сорваться, показать, как сильно он разучился сдерживаться, но один только её побитый вид говорил о том, что каким бы эгоистом мужчина не был, ей в разы хуже. Поэтому Антихрист обнял её, поцеловал в висок и ответил на выдохе: «Будет. Обязательно будет. Иди ко мне». Парень лёг, утянув её на свою грудь, и они заговорили о поверхности. Её глазки так заискрились на словах о том, что девочки помнят её и пытаются воплотить её желание — гармонию в шабаше — в жизнь. Да к чертям эти мысли о насилии со стороны Астарота, о том, что ей когда-то это понравится, пусть эти грязные черви идут подальше, он простит ей всё, если придётся. Найдёт способ забрать и вновь сделать своей. Наконец Майкл почувствовал в себе ту необходимую жизненную силу.
— И как тебе живётся с Амелией? — с усмешкой спросила Делия, совсем не показывая, что расстроилась. С одной стороны, она всей душой желала, чтобы Майкл отпустил её, так как без разрешения Астарота она не выберется отсюда вопреки всем увещеваниям Антихриста. Хотела, чтобы он ответил Амелии и был счастлив в новой жизни. Но с другой стороны Делия ужасно огорчилась. Он тоскует по любви, увядает без поддержки и мотивации со стороны, девочки толком его не принимают, лишь вопрос времени, когда шатенка станет нужна ему так же, как он нужен ей. Наверное, ей лучше было бы не знать об их общении.
— Я не живу с ней. Я использую её и посылаю прямым текстом. Мы с ней оба знаем, кого я люблю и всегда буду любить. Даже чёртовы сатанисты меня не раздражают так, как она. Хотя сатанисты мне нравятся, в какой-то степени. Они меня так расхваливают, обхаживают, так смотрят с открытыми ртами.
— Да ты сама скромность. И как же Ваше Величество существовало бы без них?
— Зараза, — рассмеялся Лэнгдон и повалил её на спину. — Моя сладкая. Чтобы в следующий раз, когда я увижу тебя, ты не была такой худой. Пусть этот мудила тебя больше кормит, и ты не выёбывайся — ешь.
— Как прикажете, мистер Лэнгдон, — искренне улыбнулась ведьма.
— Умничка.
Они разговаривали пол ночи, целовались, обнимались, мечтали, выражали слова поддержки и успокоения. Майкл и Делия невероятно хотели друг друга, но не знали, насколько материальны их тела в, как он объяснил, измерении снов. Это отдельный мир, теперь их личный, но насколько безопасно заниматься любовью — неизвестно. Корделия скинула с себя халат и ночнушку, забравшись под одеяло и прижавшись к парню всем телом, забирая себе его тепло. Они договорились изучить этот вопрос и понять, здесь просто души или они полностью переносятся сюда. Было бы тяжело объяснить, если бы Астарот услышал бы, что она разговаривает во сне или зашёл, не обнаружив ведьму в постели, нигде не обнаружив.