И вот что ему делать? Забить и уснуть? Она же его потом прибьёт и не поверит, что не позволила унести её. Он попытался ещё раз. Женский кулачок сжал его плечо. Как рьяно борется, заразка же, себе же противоречит.
— Делия, — он тихо позвал девушку. Придётся будить, другого выхода нет, иначе потом не видать ему её в своей постели. — Малыш, пойдём к тебе, зайка. — Ответа нет. Брюнет вздохнул и выдал, глядя в потолок, — Вот я сейчас засну, она мне потом устроит, если не отнесу её. И хрен что докажу. Ну что за вредина?
— Устрою, если ты не заткнёшься, — неожиданно послышалось ниже. Сама Верховная злобно забурчала и отвернулась на другой бок, укрываясь посильнее, отбирая у него всё одеяло и подгибая ножки под себя. Астарот открыл и закрыл рот, удивлённый и растерянный.
— Ты останешься?
— Ммм… — промычала блондинка, — отстань от меня.
— А… — и что ему говорить? Вот ведь эти ведьмы, никогда не знаешь, чего ожидать.
— Ну ты спать будешь, нет? Если нет, так уйди и не мешай, — добила его девушка.
Корделия плохо понимала, что говорит, но нашла в себе силы поразмыслить и решить, что можно одну ночку поспать в комфорте. Шёлковые штаны так приятно соприкасались с телом, одеяло было таким тяжёлым, а у него в комнате не было страшно. Уставший организм хотел отдохнуть, а получалось это только с ним, уходить не хотелось. Она даже ухмыльнулась его замешательству. Приятно кружить голову кому-то вроде него.
— Ох, ну и чудо же ты у меня, — во весь рот заулыбался демон и забрался к ней под одеяло, обнимая за талию.
— Я не у тебя, — сквозь сон парировала Корди и переложила его руку так, чтобы он обнимал за плечи.
— Сладких снов, котёнок, — мужчина поцеловал её в макушку и устроился на её же подушке, опираясь на неё подбородком. Пышные волосы приятно щекотали ноздри.
— Сладких.
Майкл стремительно передвигался по улицам города, пытаясь убежать от яркого солнца. Хорошо, наверное, сейчас в Аду, темно. Антихрист был в меру пьян, не сильно, но всё же одурманен. Сегодня он пил в последний раз, парень был уверен. Он позволил коньяку течь по венам, растворяться в нём, расслабить его. Чувство одиночества забирало кучу энергии, именно оно заставляло жрать водку с вискарём через день, и от него нужно было избавляться. Амелия. И почему по пьяне он думает о ней? Вспоминает, какие у неё большие глаза, когда она грустит, какие маленькие, когда смеётся. Шатенка в последние месяцы стала сдержаннее, спокойнее, не лезла так рьяно, хотя всё ещё приставала, просто научилась дозировать свои порывы и выделять время только на себя. Неожиданно, это стало раздражать. А как же он? Ему тоже нужно внимание, он привык к нему, хоть вслух даже себе не признавался.
Лэнгдон чертовски устал, заебался. Заебался от медленных сдвигов в себе. Эйден говорил, что уже почти восемь месяцев без убийств — огромный прогресс, и маленькие шажочки лучше быстрых, но непостоянных, но Антихристу, как всегда, хотелось всего и сразу. Однако надо признать, что ему удалось научиться ловить моменты, когда он придёт в упадок и оттягивать их, перенаправлять злость в другое русло, например, на помощь в шабаше или учёбу. Ему ничего не стоило с помощью обаяния и магии успешно и быстро сдать экзамен на поступление, его ум был феноменален. Сейчас Майкл ездил в другой штат в будние дни на учёбу в Полицейскую Академию. Он долго думал, чего хочет от жизни и пришёл к выводу, что с его способностями в органах ему самое место. Он может парой заклинаний вычислить преступника, во-первых, во-вторых, при задержании можно стрелять, о чём он не раз слышал от преподавателей, а это значит, что у него иногда будет возможность выплеснуть необузданные эмоции. Было правда интересно, особенно с его образом жизни и происхождением изучать биографии маньяков, слушать лекции по криминалистике. Там он осел, завёл какие-никакие знакомства, и всё стало куда лучше.