Он держался из последних сил. Всё тело превратилось в оголённый провод, хотелось просто дёрнуться и разом запихнуть член в её глотку, однако ему было важно и её спокойствие. Амелия обхватила горячую плоть губами, посасывая, медленно, нежно и чертовски хорошо.
— Блять, — Майкл всё-таки дёрнулся, и она с удовольствием приняла его глубже, доходя до середины ствола, лаская основание рукой. Как же ему этого не хватало, этих ощущений. Её горячий развратный ротик творил чудеса, заставив несдержанно простонать и запустить обе руки в растрёпанные волосы снова. Девушка задвигалась ещё быстрее, стараясь поглотить его полностью, играясь с головкой языком.
Он приказал ей поменять положение, и она повернулась к нему боком, чтобы он смог дотянуться до её намокших трусиков. Звонко шлёпнув малышку, Майкл отодвинул ткань в сторону и погладил половые губы, сразу переходя на клитор, играясь с ним круговыми движениями. Амелия глухо застонала и завиляла бёдрами, не отрываясь от стояка, пытаясь насадиться на пальцы. Он ввёл два и резко согнул, начиная быстро двигаться.
— Ммм, ещё, пожалуйста, — она оторвалась от него и запрокинула голову.
— Хватит, — прошипел Лэнгдон, оттянул её за волосы и опрокинул её на спину, нависая сверху и резко дёргая на себя. Посчитав её достаточно мокрой, он вошёл на всю длину и остановился, зарычав, упиваясь давно забытыми ощущениями. Амелия захныкала и вскинула бёдра. Она извивалась, подставлялась, ласкала себя, помогая ему, царапала в кровь его железную спину, пока он трахал её так, как не рискнул бы трахать Делию. Не то чтобы он не волновался за шатенку, но судя по её стонам и пошлым ухмылкам, она вполне довольна. Корделия всегда говорила, если было больно, и Майкл посчитал, если девушка молчит, значит, всё хорошо.
Амелия потянулась к нему, целуя. Ей отчаянно не хватало ласки, разбавляющей животный секс. Майкл обнял её, меняя позу. Теперь его ноги были протянуты вперёд, а она сидела на нём, облокачиваясь руками на кровать, подпрыгивая вверх от резких толчков. Ему нравилось её выражение лица, её стоны, абсолютное подчинение и узость внутри. Он сходил с ума от возможности не сдерживаться, лишь иногда одаривал женскую шею поцелуями, задабривая ещё больше.
Резче, быстрее, ещё быстрее, и она кричит, кажется, на весь дом, сжимается, визжит, выгибается струной и расслабляется, оседая в его руках. Антихрист швыряет её на живот и входит снова, ещё пару минут уже нежнее двигаясь, навалившись всем весом. Парень обильно кончает и откидывается рядом с вспотевшей девушкой, пытаясь отдышаться. Однако, это того стоило. Напряжение покинуло его тело, оставив расслабление и покой. Он повернул голову, глядя на Амелию, что продолжала лежать на животе, уткнувшись лицом в подушку и тяжело дышала, медленно, даже подозрительно.
— Эй, — позвал Майкл. — Всё нормально? — он уже начал думать, что покалечил её, всё-таки крышу ему снесло знатно. — Змейка…
— Это было потрясающе, — синеглазка повернулась к нему, широко и счастливо улыбаясь. — Ну ты и животное, Лэнгдон, — и рассмеялась. На её лице отражалось выражение лёгкого шока вперемешку с удовлетворением.
— О, я ещё та скотина, — нагло хмыкнул Антихрист, как будто гордился этим, — ну ладно, иди ко мне, змейка, заслужила.
— Поаккуратнее с выражениями, мистер Лэнгдон, — нахмурилась Джонсон и легла на него полностью, съехав вниз, лёжа головой на его груди.
— Ты бы так не прижималась, я и на второй раунд могу зайти, — он насмешливо оглядывал её, такую счастливую. Жалел ли он? Нет. Разве что чуть-чуть, но ведь она сама этого хотела. Амелия, думал он, буквально заставила его, вынудила что-то чувствовать к ней, и он чувствовал. Можно побыть с ней, пока всё не устаканится, не страдать же ему вечно.
— Без проблем, — игриво улыбнулась голубоглазая. — Майкл…извини, что тороплю, но, — она замялась и опустила глаза, сев рядом с ним, — может, попробуем встречаться? — девочка даже натянула на себя одеяло от волнения.
— Лия, — вздохнул Лэнгдон. — Ты мне нравишься, правда. Я очень благодарен тебе за всё, что ты для меня делаешь и…без тебя я не справился бы. Ты очень добрая, красивая, милая девушка, но я не думаю, что моя симпатия может стать чем-то большим, даже со временем.
— Ну и не надо. Я понимаю, что ты боишься сделать мне больно, но не стоит, серьёзно. Если ты не сможешь меня полюбить, то пусть будут отношения с просто классным сексом, — ей было грустно, надоело бегать за ним, но по-другому она уже не могла.