Делии нет около часа, и мужчина начинает волноваться, хотя в ванной ведьма никогда не засыпала. Хочется встать и проверить, но ему страшно холодно и шевелиться чертовски трудно. Собравшись с силами, он почти собрался подняться, но дверь открылась. Ворожея, чертовка, бестия, настоящая стерва, умеющая удивлять и вышибать землю из-под ног, выходит в его длинной чёрной футболке, под которой, наверное, трусики, и больше ни в чём. Мокрые волосы откинуты назад, а сама она покрасневшая от горячей воды. Малышка смотрит на него с некоторой усмешкой, ей определённо нравится его вопрошающий взгляд.
— Замёрз? — ведьма видит, как его потряхивает.
— Нет, — тихо отвечает. Уже может говорить. Жаль, она не хочет отвечать на вопросы.
— А если честно? — под таким взором, не терпящем вранья и возражений, он сдаётся.
— Да, — колдунья не отстаёт, продолжая сверлить взглядом, — очень.
— В покоях холодно, потому что тебе холодно?
— Да, — кивает, выражая взглядом что-то, похожее на смущение.
— Значит, будем греть, — без доли иронии произносит белокурая, обходит постель и заползает под одеяло. Потом вдруг встаёт, взмахивает рукой, и из шкафа к ней летит второе, приземляясь на демона, что уже чуть ли не умер от таких приятных сюрпризов. Наконец, всё сделано, и вторая попытка лечь проходит гладко. Девушка укрывает их поплотнее и вытягивает руки вперёд. — Иди сюда, сможешь? — в её действиях не видно никаких сомнений или злости, она делает всё по своей воле. Астарот, не веря своему счастью, двигается в её сторону, опуская голову ей на грудь и шумно выдыхает, когда она переплетает их ноги. Сильная рука, боясь осуждения, медленно обвивает тонкую талию, а ведьма в ответ обнимает за плечи, начиная ласково массировать голову. Такая тёплая, сладкая, такая знакомая и любимая.
— Это сон? — осторожно спрашивает мужчина, крепче, теснее прижимаясь, такой безоружный и взволнованный.
— Нет, не сон, — так же тихо, но твёрдо слышит в ответ, — отдыхай. Я буду до утра.
— Спасибо, — он не сдерживается и в порыве нежности переплетает пальцы с её свободной рукой, а потом, на свой страх и риск, приподнимается, заглядывая в кофейные глазки и хочет поцеловать хотя бы в щёку, ему это очень-очень нужно, но передумывает, мягко опускаясь обратно. Вдруг спугнёт.
Она улыбается и целует в макушку, потом в висок и напоследок в лоб, как ребёнка. Ничего, так его тоже устраивает. Свечи гаснут. Наконец-то она может полностью расслабиться и моментально отрубиться под его тихое сопение.
Как и ожидалось, Корделия просыпается уже будучи в его объятиях, надёжно прижатая к горячему, зажившему торсу. Крепкие мужские руки обхватывают ослабшее туловище поперёк, и девушка чувствует себя по-настоящему выспавшейся и отдохнувшей. Ей до неприличия хорошо и мирно. К сожалению или к счастью, это именно то, чего так не хватало. Ведьма смотрит на заколдованные вчера часы, настроенные под рамки этого места, и понимает, что нужно вставать и собираться на работу, хотя очень хочется проваляться в его руках как можно дольше, компенсируя все недосыпы последних месяцев.