— Может быть, не завидуй, малыш. Лучше ответь на вопрос, не томи.
— Через полторы недели я должен выбрать смертника и объявить его на аванпосте. Корделия умрёт.
На несколько минут повисла тишина. Демоны предчувствовали вкус победы и не могли поверить в происходящие.
— Эх, даже жаль прощаться с такой куколкой. Давно я таких штучек не встречал.
— Астарот! — раздражаясь, выкрикнули Вельзевул и Аграт.
— Никакой любви, ребята, просто интерес, — он презрительно ухмыльнулся, глядя на собратьев. И чего они так забеспокоились? У каждого в преисподней свои, можно сказать, королевства, в которых они Боги. Он волен делать всё, что захочет, в своём. Если Лэнгдон действительно решится убить, блять, любимую женщину, идиот, то мужчина с удовольствием заберёт её в свой Ад, для начала сделав личной рабыней. А там будет видно. Не то чтобы мисс Гуд сильно понравилась демону, просто он чувствовал в ней интересного собеседника, если, конечно, разговорить её, что ему разочек почти удалось, и видел сильную личность, прожившую интересную жизнь. Она вообще, по мнению Астарота, не заслуживает смерти от этого вечно мечущегося хлюпика.
— Кстати, Лэнгдон, у нас небольшой презент для тебя. Так сказать, чтобы тебе было легче принимать решение. Конечно, на поверхность этот презент не сможет уйти с тобой, ведьма ещё жива, но в Аду ты можешь видеть его постоянно. — Вельзевул надменно ухмыльнулся своим беззубым ртом, выпячивая пузыри вместо глаз. Майкл приподнял бровь. — Ну а мы откланяемся и даём тебе возможность насладится подарком. Встретимся через пару дней. — Все трое удалились, и Антихрист остался один, оглядываясь по сторонам. Но никого вокруг мужчина не заметил и решил, что это какая-то шутка. Вдруг парень почувствовал прикосновение к своему плечу. Такое ласковое и родное. До боли знакомое. Так к нему прикасался только один человек.
— Мальчик мой, — услышал Антихрист вкрадчивый медовый голос той, что всегда могла его успокоить. Он моментально развернулся, видя её. Такую же, как и раньше. Иссиня-чёрные волосы, аккуратный начёс на голове, тёмные брови, голубые глаза и приглушённо-бордовые губы, сложенные в тёплую улыбку.
— Мисс Мид! — он крепко обнял женщину, боясь, что это всего лишь мираж, не веря своему счастью. Женщина обняла в ответ, чуть погладив его по волосам.
— Соскучился по мне? — она по-доброму щёлкнула его по носу и спокойно встала рядышком. Словами не передать, как в один миг Майклу стало в тысячу раз спокойнее, чем было. Он видит мисс Мид целой и невредимой, она стоит в полуметре от него и главное, ни за что на него не злится.
— Конечно. Очень соскучился. Я без тебя столько всего наворотил, — сейчас он и в правду был похож на ангела, искрясь от радости. Черты лица разгладились, глаза ненадолго просияли.
— Я видела, дорогой, мне показали. Я горжусь тобой! — она играючи поклонилась ему и взяла под руку, чтобы они вместе вальяжно прохаживались по Аду. Майкл в излюбленной манере деловито приподнял подбородок, широко шагнув. Потом голубые очи приняли обеспокоенный окрас.
— Как ты? Где ты была? Куда эта сука тебя поместила после сожжения?
— О, не переживай, Майкл. Я на хорошем счету у Отца. У меня была должность, и я успешно служила Сатане, пытала новеньких поступивших.
— Что? — он резко остановился. — Но она сказала, что спрятала тебя специальным заклинанием, что ты мучаешься.
— Нет. Та выскочка просто наложила специальный запрет, чтобы ты не смог воскресить меня. Она даже постаралась огонь помягче сделать, когда сжигала на столбе, услужливая тварь. — её брови сошлись к переносице, губы поджались от злости.
— Я рад, что с тобой всё хорошо, — как-то отстранённо ответил Майкл, переваривая услышанное.
— Ну а ты? Я вижу мой мальчик добился неплохих высот. Ты молодец. Я никогда в тебе не сомневалась, Майкл.
— Спасибо. — Антихрист тепло улыбнулся, ещё раз обнимая свою мисс Мид.
Они долго бродили по городам из пепла, обсуждая его успехи. Майкл рассказывал, упуская моменты, где он был максимально жалок, как методично уничтожал всё вокруг, какие все людишки жалкие и беспомощные, а женщина восхищалась, приговаривая, какой он сильный и могущественный, как он возмужал, весело смеясь. Лэнгдон хвастался ещё больше, чувствуя долгожданную поддержку. То родное тепло, забота и понимание возвращались к нему, компенсируя упущенные годы. Впрочем, мужчина обходил стороной самое главное, думая, насколько близка ему мисс Мид, чтобы спросить у неё то, что он никак не может выспросить у самого себя.