— Майкл, — задыхаясь, — мы не должны… Перестань, прошу тебя, — вопреки собственным словам, она продолжала отвечать на поцелуи, сама прижимаясь ближе, потому что тело просто не слушалось, и вся надежда была на благоразумие Антихриста. Он укусил её в шею, властно, вырывая очередной стон напоследок и с трудом отстранился.
— Кайфоломщица, — он дышал часто и прерывисто, прижимаясь свои лбом к её, стараясь держаться нижней частью подальше от её разгорячённого тела, потому что всё, чего сейчас хотелось — задрать её платье, поднять над полом и усадить на свой член. Делия выглядела откровенно готовой к этому, и сохранять самообладание помогали лишь искренние чувства, среди которых было уважение. — Ты, — говорить было невероятно тяжело, в глазах читалось лишь полнейшее безумие, — хоть. Представляешь. Как. Это. Блядь. Хорошо.
Антихрист уткнулся ей куда-то в ключицу и пытался успокоиться. Ведьма, что привыкла не терять самообладания, гораздо быстрее взяла себя в руки и обняла его, тихонько массируя голову, отчего мужчина едва ли не замурчал.
— Майкл, я, — она чуть отошла от него и внимательно посмотрела. Он видел все её чувства: стыд и вину. Вину за собственные желания, вину перед ним и стыд за то же самое.
— Не говори ничего, Корделия, — девушка давно подметила, что если Антихрист зовёт её полным именем, значит, злится. — Я знаю всё, что ты хочешь сказать. Что я Антихрист, я уничтожил всё вокруг, и ты не можешь быть с такой паскудой, как я, ведь все начнут тебя осуждать, а тебе ведь так важно общественное мнение, — поразительно, как быстро страсть и нежность меняются на яд и упрёки.
— Не злись, пожалуйста. Я не могу. И дело вовсе не в том, что ты Антихрист. Просто…я не хочу быть…обманутой?
После услышанного он выглядел так, будто его стрелой пронзило. В самое сердце. Майкл вновь пригвоздил её к стене.
— То есть ты думаешь, что я играюсь? Да я всё для тебя делаю, какого хуя тебе ещё надо?! — это была истерика, — Ты эгоистка, Делия! Тебе плевать на мои чувства, ты просто пользуешься мной, ты ведь не слепая, ты прекрасно видишь, кто ты для меня.
Вообще-то, слепая, Майклу стоило бы понять это уже давно. Мисс Верховной нужно по десять раз в день повторять, чтобы заставить поверить. Да как он может думать, что она им пользуется? Корделия едва сдерживала слёзы.
— А ты делаешь добро только чтобы упрекнуть потом, да? — она яростно посмотрела на него, закипая от обиды. — Это я-то пользуюсь? Да ты понятие не имеешь, какого это, когда действительно пользуются, а я помню об этом до сих пор, ясно? И это нормально, бояться обжечься. Ты эгоист, ты никогда не видел дальше собственных желаний и амбиций, ты даже не пытаешься понять других. Я вообще не знаю, зачем тебе я, Майкл, зачем всё это. Да, я не могу тебе верить, и если ты действительно считаешь меня расчётливой сукой — твоё право, мне так даже безопаснее. — Она быстро смахнула слёзы, оттолкнула его и убежала. В очередной, сука, раз.
Эйден бесцельно бродил по коридорам, дожидаясь Корделии. Они приехали вчера, и девушка обещала поболтать с ним, послушать его новые стихи, но сначала ей нужно было к Миртл и отдохнуть. Рыжеволосый увидел вдалеке сияющую вырвиглазную синеву и решил проверить, кто же облюбовал его любимое место.
Подходя ближе, парень заметил, как он подумал, подростка, среднего телосложения, с бледной кожей и потухшим взглядом. В кожаной куртке и массивных чёрных ботинках пацан выглядел идеально, а неестественно изумрудные яркие глаза добавляли шарма. В руках было что-то вроде косяка. И хоть он не имел каких-то явных внешних повреждений и в принципе смотрелся красиво, Эйден сразу распознал наркомана.
— Давно ширяешься? — писатель сел рядом, упираясь спиной в стену.
— Тебе-то что? — злобно ответил парень, даже не удосужившись взглянуть на мужчину.
— А ты не очень любишь людей, да? Я не собираюсь тебя осуждать, сам с пятилетним стажем, два месяца назад только восстанавливаться начал. — Его так манил запах травки, что, казалось, слюни потекли.
— Ясно. Хочешь? — рука с выпирающими венами протянула косяк чуть ли не к носу.
— Блять, убери, — Эйден мягко оттолкнул руку, — Я бы с удовольствием, но пообещал Корделии бросить. Она все силы на меня тратит. А недавно я сорвался и получил магических пиздюлей. — Она не зря обещала поджарить его, и сейчас мужчина потёр небольшой ожёг на ягодице.