Лэнгдон шёл вперёд, молясь, чтобы его карамелька оставалась на поверхности. Демонов нигде не было, и ему казалось, что они насмехаются над ним. Интересный вопрос, кто помог этим ублюдкам выползти в мир живых, перебивая защиту Корделии. Это явно сильная ведьма. Мисти сразу отпадала, у них с Верховной своя химия, понятная только им обеим, граничащая с дружбой и материнским инстинктом. Кудрявая ни за что не поступила бы так с ней. Миртл, разумеется, нет, даже в порядке бреда. Белинда. Возможно, но англичанка была откровенно слабой. Её силы были на самом обывательском уровне. Но Антихрист всё равно склонялся именно к ней. Роджерс могла прыгнуть выше головы в состоянии аффекта. Чёрт, он же видел, с какой ненавистью аристократка смотрит на Делию, когда рядом с ней Флойд. А охотник что? Специально что ли провоцировал. Лэнгдон точно поговорит с пепельноволосым, выплёскивая весь свой гнев и ревность, а вот шатенке жить осталось считанные часы, уж точно. И никакое милосердие его наивного ангелочка её не спасёт. Пусть Корделия обижается, сколько влезет, он её не отпустит от себя, во-первых, во-вторых, за предательство Верховной и так, даже по ведьминским законам, полагается казнь. Боже, вот герой, а? И надо было так встрять, нет бы убивать себе спокойно ничтожных людишек, так влюбился в самую лучистую из них. Идиот.
Вдруг они оба увидели что-то наподобие портала, тёмно-фиолетового, с проблесками чёрного.
— Это вход вниз. На поверхности нет никого из них.
— Хреново же ты поверхность знаешь, дорогуша.
Откуда — то позади послышался грубоватый насмешливый голос. Майкл его уже слышал, когда обещал демонам убить Делию. Запах табака снова окутал его. Антихрист перевёл взгляд на удивлённо-раздосадованную Миртл, которая, кажется, сразу узнала говорящего.
— Фиона, мать твою, не говори, что твоя тощая задница ещё и здесь собралась портить мне существование, — рыжая обернулась и увидела свою главную соперницу.
— Миртл, моя любимая подруга. Признаться, не думала, что буду скучать по твоей безвкусной тушке в Аду, — женщина подошла ближе, выдыхая дым в лицо Сноу.
— Не думаю, что стиль дорогой шлюхи даёт тебе звание мастера вкуса, — Миртл презрительно разглядывала чёрное вызывающее платье. Чёрт, элегантно, однако.
— Вижу, ты тоже скучала. И на кой чёрт вы сюда явились? — она повернулась к Антихристу. — Ну что, защитничек, опять Верховную потерял?
Майкл с интересом разглядывал женщину, теперь по настоящему чувствуя себя маленьким мальчиком. Её энергия была подавляющей, властной. Она смотрела на них с усмешкой, снисходительно и, кажется, немного злилась.
— Кто Вы? — всё, что смог вымолвить мужчина.
— Рада представиться, малыш. Бывшая Верховная, Фиона Гуд.
Майкл завис на неопределённое время, пытаясь переварить полученную информацию.
— Гуд?
— Мамаша Корделии, знакомься. Самая безответственная и кровожадная стерва в истории.
— Она имела в виду самая лучшая, — усмехнулась Фиона, — Видел бы ты сейчас своё лицо, сахарный.
А посмотреть было на что. Парень стоял с открытым ртом, будто собирался что-то сказать, но передумал, с поднятой, застывшей в воздухе рукой и широко открытыми глазами. Стоп, что? Мать Корделии? Да у них ничего общего, кроме цвета волос и усмешки. Но усмешка Делии такого раздражения не вызывала. Они казались совершенно разными. Фиона, безусловно, выглядела роскошно для своего возраста, её сила была очевидна, но в ней было столько высокомерия и цинизма, что Майкл поверить не мог, что они с Верховной родственники. Делия была скромной, чувственной, её голосок был мягким и мелодичным, а смех переливался подобно пению птиц.
— Дорогой, челюсть подбери, — женщина щелкнула подбородком Майкла, обходя его, медленно, опасно.
Миртл даже улыбнулась немного. Фиона умела вывести из равновесия.