Выбрать главу

— Да, вот так, — выдохнул он сквозь зубы, его руки на моих бёдрах, взгляд между нами.

И вот оно. Оргазм накрыл, как лавина, отняв дыхание, сотрясая тело электрическими волнами. Илья перевернул меня на спину. Его губы дрогнули, он вздрогнул, выкрикнув что-то у моей шеи.

Тяжело дыша, он отстранился, притянув меня к своей груди.

Мы долго молчали, наслаждаясь близостью.

Он повернулся на бок, подперев голову локтем, и посмотрел на меня.
— Итак. Где хочешь жить?

Я пожала плечами, счастливая.
— Неважно. А ты где хочешь?

Он взял мою руку.
— Ева, — в его голосе была печаль.

И я поняла. Он не поедет со мной. Сердце заколотилось.
— Что?

— Ты знаешь, чего я хочу для тебя.

Я покачала головой.
— Ты сказал, хочешь для меня нового начала.

— Именно этого я хочу.

Я придвинулась, мой тон был искренним.
— Мы можем начать вместе.

Он покачал головой и сел.
— Это не так работает.

Я встала на колени, натянув свитер.
— Кто я для тебя?

Он долго смотрел, его взгляд был тяжёлым.
— Ты моё искупление, — сказал он, не отводя глаз, — и я даже это умудрился испортить.

— За что искупление? — Я боялась ответа, но знала, что он должен сказать.

Он горько усмехнулся, но глаза остались серьёзными.
— За то, что я подонок, живущий ради денег и преступлений.

Это говорил человек, рисковавший жизнью ради меня. Он укрывал меня, принял пулю за меня, поставил на кон всё. Спас меня, сломленную танцовщицу без дома. Для меня он был отважным, невероятно сильным. Самым смелым человеком, которого я знала.

— Ты уже искупил вину.

В его глазах была боль.
— Я делал ужасные вещи. Не заслуживаю прощения.

Я покачала головой. Все заслуживают счастья. Иначе жизнь — ад.

— Каждый достоин второго шанса, Илья.

Он встал, натянув брюки. Остановился, глядя на меня, будто взвешивая мои слова против своей жизни. Затем улыбнулся с грустными глазами, будто видевшими мою душу.
— Нет. Я не заслуживаю тебя.

Я сидела неподвижно, долго после того, как он вышел из хижины. Он не поедет со мной. Не позволит себе начать заново. Я знала, он серьёзен, и его не переубедить.

Я поднялась наверх и забралась в кровать.

***

Илья оставил меня одну на весь день. Я лежала, свернувшись, спиной к двери, но чувствовала, как он проверяет. Он стоял в дверях, смотрел, но я не хотела говорить. Не хотела его видеть.

Мысль о мире без него опустошала. Порой слёзы сотрясали тело, я беззвучно плакала в подушку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Почему он не даст нам шанс? Почему не верит, что заслуживает его?

Когда стемнело, он поднялся и сел на край кровати.
— Ева.

— Мне грустно.

— Знаю.

— Почему ты так поступаешь?

Он вздохнул.
— Я приготовил ужин. Спускайся, поешь.

Я уткнулась в подушку.
— Не хочу.

Его рука, которую я так любила, коснулась моей спины.
— Всё равно спустись.

Пока он смотрел, я вылезла из кровати и оделась. Мы спустились. Я забралась на диван, глядя в огонь.

Он вложил мне в руки тарелку с рагу.
— Давай. Попробуй поесть.

Я ела, потому что тепло могло растопить ледяной ком в животе.

Он сел рядом, наблюдая.

Я ковыряла ложкой.
— Можешь сказать, зачем Яков уехал в Москву?

Он вздохнул, потерев лицо.
— Лебедев не оставит тебя. Ты не найдёшь покоя, пока с ним не разберутся.

Кровь застыла. Я осторожно поставила тарелку на стол.
— Ты собираешься разобраться с Лебедевым?

Он пожал плечами.
— Это необходимо.

Я вскочила.
— Нет, не надо. — Я не могла вынести мысль, что Илья пойдёт против Лебедева. Из-за меня. В прошлый раз он был ранен и едва не умер.

Он взял мою руку, притянув к себе.
— Надо.

Слёзы хлынули. Я вцепилась в его рубашку, рыдая.
— Пожалуйста, не возвращайся туда. Не делай этого.

Он гладил мою спину, пока я не стала задыхаться от слёз.

Он взял моё лицо в ладони, вытирая слёзы большими пальцами.
— Не плачь, прошу.

Я представляла худшее: Лебедев ранит или убьёт Илью. Мысль, что его не станет, вызвала новый поток слёз.
— Я не вынесу если с тобой что-то случится.

Он поднял меня и отнёс наверх. Помог раздеться, уложил в кровать. Забрался ко мне, обнимая, пока я плакала.

***

Утром я проснулась с раскалывающей голову болью. Приняла душ и спустилась. Прислушалась. Не было привычного звука рубки дров.

Я нашла записку у сахарницы: «Уехал. Вернусь через час».