Я сунул ноги в сапоги, не беря куртку. Воздух был свежим, но нужно лишь стряхнуть снег с генератора.
Я возился с ним, когда почувствовал движение. Инстинкт заставил отклониться влево, когда топор вонзился в генератор в пяти сантиметрах от лица. Я откатился, встав на ноги, глядя, как человек выдергивает топор.
Чёрт.
Я искал оружие.
— Григорий Лебедев, полагаю? — спросил я, отступая.
Он улыбнулся, отбросив топор через двор. Вытащил зазубренный нож.
— Новое оружие чуть успокаивает, — сказал я, двигаясь, когда он махнул ножом.
— Жаль, что встретились так, — сказал он, наступая. — В другом мире мы были бы друзьями.
Он напоминал солдата, всю жизнь оттачивавшего убийство. Я схватил полено, чтобы отбивать лезвие.
— Как нашёл нас?
— Нашёл твой номер на записях с камер.
Ева внутри. Мне нужно оружие, пистолет, что угодно. Но всё внутри.
— Не тронь её. Она хочет тихой жизни. Отпусти.
Он бросился, я увернулся, едва избежав удара.
— Она — лишняя ниточка. Не люблю такие.
Он звучал, как я.
— Хочешь мой бизнес — забирай. Отдам счёта, ключи, всё, если отпустишь её, — торговался я, косясь на топор. Слишком далеко. Он настигнет меня.
Он ухмыльнулся.
— Раньше я не любил убивать. Мучился. Но однажды решил, что плевать. Жить стало легче, когда перестал заботиться о других. Она — твоя слабость.
Надо тянуть время.
— Что имеешь в виду?
— Твой ахиллесова пята. Я знал, её выживание заставит тебя думать не как солдат, а как спаситель. Моя цель — ты. — Он глянул на хижину. — Убить её — бонус. Но пока не решил, заставить тебя смотреть, как она умирает, или её — как умираешь ты?
Поражение не вариант. Я должен взять контроль.
Он бросился, я отступил, споткнувшись о ветку, и упал в снег. Он навис, как хищник.
Бой стал серьёзным. Я бил, тащил, пинал. Я был крупнее и сильнее, но он быстрее, и у него нож. Его удар в голову чуть не вырубил меня. Я впечатал его череп в землю, оглушив, но мы дрались насмерть.
Бой был грязным. Мы уставали, ошибались, оба пропускали удары. Одна ошибка будет фатальной. Одна ошибка может стоить всего.
Глава 32
Ева
Я мыла посуду в кухне, когда Петруша рванулся к двери, громко лая.
Моя первая мысль — медведь. Я выглянула в окно, и колени подкосились. Во дворе, в снегу, катались Илья и человек. Кулаки мелькали, блеснул нож.
Я схватила ружьё, но оно было не заряжено. Бросилась в кладовую, чуть не споткнувшись. Когда мы приехали, Яков показал мне припасы и научил заряжать ружьё. Я срывала коробки с верхней полки, пока не нашла патроны. Дрожащие руки едва справились с тем, чтобы зарядить ружьё.
Я выбежала к двери, Петруша выскочил, лая.
Слетев со ступеней, я вскинула ружьё, но не могла прицелиться. Мужчины катались по снегу, кулаки летели. Я боялась попасть в Илью.
Они не замечали меня. Вдруг, будто в замедленной съёмке, мужчина сбил Илью и оседлал его. Он выпрямился, подняв руки. В правой руке сверкал огромный нож.
Я нажала на спуск. Отдача отбросила меня назад.
Мой выстрел дал Илье шанс. Он перевернулся, ударил мужчину в лицо, вырубив его, и, шатаясь, встал, отшвырнув нож. Я застыла, глядя, как он перевернул мужчину и перетянул его руки ремнём.
Илья шагнул ко мне. Лицо в крови, на шее страшный порез, кровь текла на рубашку. Он мягко забрал ружьё. Голос был тихим.
— Ты цела?
Я не была цела. Лицо Ильи выглядело избитым.
— Я выстрелила в человека.
Он встал между мной и мужчиной.
— Знаю.
— Он хотел тебя убить. — Я вытерла нос, только сейчас заметив слёзы и сопли на лице. — Он умрёт?
Илья выглядел сожалеюще.
— Если не получит помощь.
Колени подогнулись, я бы упала, если бы он не схватил меня за руку.
— Меня посадят?
Он повёл меня к ступеням.
— Иди в гостиную, посиди.
Я посмотрела на мужчину, лежащего в снегу. Слёзы застилали глаза.
— Не убивай его, Илья.
— Иди.
Я поднялась в гостиную. Носки промокли, я выбежала без сапог, но не было сил их сменить. Я стояла посреди комнаты, пытаясь осмыслить.
Я выстрелила в человека.
Шум вырвал меня из оцепенения. С ужасом я смотрела, как Илья внёс мужчину в комнату.
Я узнала лицо.
— Илья, это Лебедев! — воскликнула я.
— Знаю, милая. — Он опустил его на диван.
— Что теперь?
Он повернулся.
— Без помощи он умрёт.
Я кивнула, не понимая.
— Мы попытаемся его спасти?
Он встал передо мной.
— Не хочу, чтобы ты несла это бремя.
Я всматривалась в его избитое лицо, оно пугало.
— Что мне делать?
Он взял мои руки в свои.
— Надень тёплую одежду. Потом спустись.
Я бросилась наверх, натягивая одежду, сменив носки. Я не понимала, что происходит. Сбежав вниз, Илья встал между мной и Лебедевым, закрывая обзор. Он повёл меня в кухню, вручив шлем.
— Надо вызвать помощь.