- Думаю, это я, - одна сторона улыбка становится сочувственной.
- Это оно, - говорит он, показывая на кирпичное здание с большой парковкой, у которой
небольшое количество автомобилей. После того как он припарковал свой грузовик, по-прежнему
сидя там, и посмотрел на меня. - Мне очень жаль твою маму.
Говорит он тихо. Его голос такой искренний, я вдруг чувствую что разревусь. Я делаю
глубокий вдох, стараясь не плакать перед ним.
- Спасибо, - отвечаю я спокойно. Я все еще не знаю, что именно сказала им Хлоя в тот день, и мне не хочется рассказывать ему больше, чем он знает. Несмотря на маленький голосок в моей
голове, который предупреждает меня ничего не говорить, я делаю это. - Я узнала басиста. Просто, прежде чем я прилетела сюда, я увидела его в Сан-Диего, разговаривая с кем-то перед нашим
домом. Я хотела бы узнать, что он там делал. Вот и все.
Я пожимаю плечами, делая вид, что это не беспокоит меня так сильно, как на самом деле.
Он морщит лоб.
- Басист «Изоляции»? Ты уверена, что это был он?
- Нет. Я не на сто процентов уверена, но ... - Я смотрю на свои руки, уверенная, что Лукас
скажет мне, что ошибаюсь.
- Но ты так думаешь, - заканчивает он.
Я киваю.
- Ты узнала что-то от Чада? - спрашивает Лукас.
- Чад сказал мне, что он работает уборщиком, и что он, наверное, не покидал штат.
Лукас ничего не говорит.
- Когда я подошла к нему той ночью после шоу, и схватила за руку, он посмотрел на меня так, как будто узнал. На самом деле, он был похож на оленя в свете фар, видя меня, и казалось, он хотел
избавиться от меня настолько быстро, насколько это возможно.
- Ты не должна была подходить к нему таким образом,- говорит он серьезным тоном.
Я киваю, хотя не согласна. Понятия не имею, почему я даже рассказала ему столько.
- Быть может, есть другой способ, чтобы узнать намного больше про него, - предлагает
Лукас.
Я смотрю на него, удивляясь, что он, кажется, принимает меня всерьез.
- Теперь я знаю, как его зовут. Роб Джарвис. Наверное, я бы могла попытаться забить его в
Гугл.
- Если ты найдешь что-нибудь, не приближайся к нему снова. Хорошо? Позвони мне, и мы
что-нибудь придумаем.
Я смеюсь с сожалением. Мы вернемся еще к этому. Не так давно он заявил, что не из льда, и
что я могла бы поговорить с ним. Потом он показался с другой стороны грубым и капризным,
когда я сказала ему, что я не уверена, пойду ли я в Атлас. Прямо сейчас, его предложение кажется
смешным для меня.
- Лукас, я не буду звонить. Зачем мне тебя звать?
Он сдвигается к моему сидению.
- Потому что я пытаюсь быть твоим другом здесь, - в его глазах блестит искра раздражения. -
Почему ты так все усложняешь?
Я вздрогнула от его слов и отвела от него взгляд.
Я слышу, как он испустил тяжелый вздох.
- Мне очень жаль, - вздыхает он. - Я просто ... Я не знаю, как поговорить с тобой.
Услышав его пораженный тон, я сразу же жалею о своих словах. Я снова смотрю на него,
замечая в его глазах темноту с разочарованием, и его мрачное выражение, которое он не пытается
замаскировать для разнообразия, я отмечаю его присутствие. Это тяжело и мощно, и этим он
заражает воздух вокруг меня. Я смотрела на него так долго, что выражение его лица смягчается, и
его взгляд начинает искать наружность.
- Майлз думает, что я собираюсь причинять тебе боль, - я говорю, не зная, почему сказал это
именно сейчас.
Печальная отставка мерцает через его особенности.
- Он наверное прав.
- Я могу удивить себя, это факт.
Он легко улыбается и наклоняется ближе.
- Меня крутило на всех шесть путях в воскресенье, не так ли?
Я изучаю его, но, как обычно, не нахожу никакой подсказки относительно того, о чем он
думает.
- Что ты имеешь в виду?
Интенсивность, с которой я познакомилась, насыщает его лицо.
- Я видел, как ты в первый вечер приехала сюда, Райли. Было темно, но ты стояла под
уличным фонарем, освещенная сверху прямо как ангел, и я думал, что ты самое красивое
существо, которое я когда-либо увидел, - он отворачивает взгляд от меня, смущенный признанием.
Мое дыхание мелеет, как его слова нависают надо мной, и я вспоминаю ту ночь, когда мы
впервые увидели друг друга через тьму.
- Когда ты была в школе, - его глаза снова встречают мои, - я не мог поверить, что ты
оказалась на всех моих утренних занятий. Я полагал, что брошусь тебе в глаза и улыбнусь. Мы бы
поговорили, и я спросил бы тебя что-то или может быть, ты спросила. Но ты никогда не смотрела в