Не было смысла напоминать Шэннон о чем-то, о чем она прекрасно знала. Особенно потому, что именно она всю дорогу до больницы поддерживала давление на мою руку, чтобы остановить кровотечение.
Я был просто рад, что он искалечил мою руку, а не ее лицо – как будто у меня было чувство, что он целился.
– Ты не фанат?
Она сморщила нос. – Вовсе нет, я думаю, что татуировки отвратительны; хотя, я должна признать, что кельтское распятие у тебя на спине не совсем ужасно.
– Это комплимент, который я слышу?- Я поддразнил, игриво толкнув ее локтем. – Давай, ты можешь сказать это. – «Джоуи, мой любимый, самый удивительный, самый потрясающе красивый брат, мне нравится твоя татуировка».
– Отлично, это хорошая татуировка.-Посмеиваясь, она оттолкнула меня назад, а затем поспешила догнать меня, ее короткие ноги замедляли ее. – Ну вот, я это сказала. Теперь ты счастлив?
– Я не совсем расслышал.- Обняв ее за плечи, я нежно взъерошил ее волосы костяшками пальцев. – Скажи это.
– Прекрасно, прекрасно, - взвизгнула Шэннон сквозь приступы смеха. – Джоуи, мой любимый, самый удивительный…
– Не забудь самого потрясающе красивого брата. Это лучшая часть.
– Самый влюбленный в себя и тщеславнейший брат, - поправила она меня со смехом.– И мне нравится твоя татуировка, даже если она занимает половину твоей спины.
– Достаточно хорошо, - поддразнил я, выпуская ее из своих объятий.
– Ты такой придурок, - хихикнула она, снова подталкивая меня локтем.
Мне было все равно, что она думает обо мне, пока она не думала о том, как ей было страшно идти в школу.
Ее улыбка была редкостью, но я был горд тем, что смог изобразить ее, даже после адской ночи, через которую мы прошли.
– Все будет хорошо, правда, Джо? – спросила она затем, когда школа показалась в поле зрения. – Когда все это закончится.- Она резко втянула воздух, прежде чем прошептать:– Когда мы вырастем и уедем из этого города, у нас будет счастливый конец, не так ли?
– Да, Шэн, - ответил я, закидывая сумку на плечо. – У тебя будет эпический счастливый конец.
– У тебя тоже, Джо, - тихо ответила она. – Я просто знаю это.
Именно в этот момент мои глаза остановились на длинноногой блондинке, прислонившейся к школьному входу, в серой шапочке-бини, прикрывающей ее смехотворно длинные волосы, и с леденцом в поджатых губах.
– Да, Шэн.- Я не был уверен в счастливом конце, но когда Моллой посмотрела на меня и улыбнулась, я смог поверить в возможность счастливого дня.
***
– С возвращением, пятикурсники,- мистер Нихан признал это со своего места на трибуне в столовой. – Замечательно видеть все ваши улыбающиеся лица, когда мы вступаем в новый учебный год. Итак, как вы все хорошо знаете, четвертый год был переходным годом. Это была прекрасная возможность окунуться в новые воды и попробовать себя в новых хобби и интересах. Но это было тогда, а это сейчас. На пятом курсе вы все возьметесь за новую курсовую работу, более тяжелую академическую нагрузку, чем любой из вас может себе представить. Другими словами, следующие два года вашей академической карьеры будут самыми трудными, с которыми вы когда-либо сталкивались.
– Во имя Иисуса,под чем этот парень? – Спросил Подж, толкая меня в плечо своим. – Он абсолютно чокнутый, если думает, что эта отрывистая речь воодушевит кого-то или побудит прийти в школу.
– Кто знает, парень, - пробормотал я, скрестив руки на груди, прислонившись к шкафчикам за моей спиной и слушая, как Нихан все продолжает и продолжает свою обычную болтовню о возвращении в школу.
– Тяжелая ночь?- Тогда Подж спросил.
– Что?-Я сузил глаза. – Почему?
– Я скажу вам сейчас, ребята, единственное, что я хочу окунуть в воду, это мой член в тугой киске Ифы Моллой, - заявил Алек, прерывая нас, когда он наклонил голову туда, где Моллой сидела на противоположной стороне столовой.
В ту минуту, когда я посмотрел на нее, волна тепла ударила меня прямо в член.
Да, она хорошо выглядела в этом году.
Я не разговаривал с ней с выходных, когда подбирал для нее новый гардероб.
Обычно она подходила ко мне первым делом перед уроком для нашего утреннего ритуала, который состоял из небольшой словесной перепалки.
Тем не менее, я списываю ее отсутствие этим утром на неудачную серию событий, которые привели меня к тому, что я почти обезглавил ее близнеца.
Мои глаза снова осмотрели толпу и остановились на бедном тощем ублюдке, спрятанном в углу с остальными прилежными, техничными ублюдками с нашего курса, которые поступят в колледж и в конечном итоге получат высокооплачиваемую работу. Эти ребята были настолько умны, что их держали подальше от классов с почетными грамотами и подальше от остальных из нас, простых смертных; они же толстые ублюдки, такие как я, Подж и Алек, которые, скорее всего, в конечном итоге пройдут обучение и будут работать нашими руками.