Он крепче прижимает меня к себе, поворачивая мою голову, захватывая мои губы в обжигающем поцелуе. Пик его оргазма проходит, но он продолжает медленно входить в меня. Заставляя мой и без того сверхчувствительный клитор снова затрепетать.
Я чувствую его зубы на своих губах, когда он улыбается мне в рот с понимающей ухмылкой.
— Мне нравится, какая жадная для меня твоя киска.
— Только для тебя, — задыхаясь, произношу я ему в губы.
Он стонет, грубо сглатывая, когда наклоняет голову, чтобы прикусить мою шею.
— Давай приведем тебя в порядок, — мягкий поцелуй смягчает боль от его зубов. — Как бы мне ни хотелось погружать свой член в тебя всю ночь, нам нужно отдохнуть.
Правдивость его слов возвращает меня к тому, что мы должны сделать. Это ноющее беспокойство снова просачивается в мой разум.
— Мне страшно, — эти два слова вылетают у меня без раздумий. Но когда мы вдвоем в темноте, я чувствую, что мои секреты в безопасности. Что их не будет, когда взойдет солнце.
Он выходит из меня, когда я поворачиваюсь к нему лицом, кладу руку на шрам у него на сердце.
— Я боюсь потерять тебя, — шепчу я.
Обхватив ладонями мой затылок, он грубо притягивает меня к себе, прижимаясь своим лбом к моему. Наши глаза закрываются, мы не хотим, чтобы эта ночь заканчивалась.
— Этого не произойдет, — в его голосе звучит боль.
Когда я снова открываю глаза, его пронзительно-голубые уже устремлены на меня.
— Я никуда не уйду, — его челюсть сжимается, когда он прерывисто выдыхает. — Я никогда не смог бы оставить тебя.
Но вспышка того, что выглядит как страдание, мелькает в его радужках, прежде чем исчезнуть. Как будто этого никогда и не было.
Независимо от того, сколько раз я проверяю, я не нахожу никакого беспокойства в его глазах до конца ночи. Даже когда он моет меня в ванне, усадив мое тело у него между ног, а вокруг нас клубился пар. Тишина была комфортной, пока он осыпает нежными поцелуями верхушки моих плеч.
Как только мы оба становимся чистыми и сухими, он прижимает меня к себе, сплетая наши ноги вместе в постели. Его рука надежно обнимает меня за талию, а губы оставляют поцелуй на моей макушке, глубоко вдыхая. Он шепчет, что хочет каждую ночь держать меня вот так в своих объятиях. Когда он произносит это, я чувствую любовь, которая просачивается в его слова через нашу связь. От силы этих слов у меня заслезились глаза.
За исключением того, что я не могу избавиться от тревожащего чувства, которое доводит меня до крайности. И когда мои глаза закрываются, я начинаю засыпать с трепетом, сопровождающим каждую мою мысль.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Эмма
Я просыпаюсь с таким чувством, будто вообще не спала. Как будто я закрыла глаза только для того, чтобы Дрейвен мягко встряхнул меня, говоря, что пора собираться. Даже сейчас мои веки кажутся тяжелыми, поскольку я изо всех сил пытаюсь держать их полностью открытыми, потирая их сжатыми в кулаки руками и сдерживая зевоту.
Между тем Финн такой бодрый и оживленный, что мне почти хочется спросить, не украл ли он сон прямо из моего тела.
— Хорошо, давайте сделаем это! — ликует голос Финна, когда я поворачиваюсь и вижу, как он поднимает кулак в воздух.
Пока Дрейвен раздает оружие, которое он наточил и отполировал, я стараюсь не спускать глаз с Коры и Кая. Безмолвно спрашивая, готовы ли они, потому что я не буду любить их меньше, если они захотят отступить. Тем не менее, все очень ясно дали понять, что они твердо стоят на своем решении. Они оба решительно кивают с мягкой улыбкой, заставляя мое сердце сжиматься.
— Берегите свое оружие, — говорит Дрейвен всем нам, прежде чем в последний раз обсудить план. Когда мы все чувствуем уверенность в том, что должны сделать, Дрейвен встает прямо передо мной. Его руки поднимаются к груди, ладонями вверх, и его запястья обнажаются передо мной.
— Пора сделать меня твоим пленником.
В его голосе слышится игривость, но взгляд жесткий, сосредоточенный.
Моя улыбка гаснет, когда я обвиваю тенями его запястья. Маленькая струйка страха пробегает по моей спине, когда я отвожу от него взгляд. Я так сильно хочу защитить его, потому что знаю, каким жестоким может быть этот мир. Я родилась с множеством монстров, обитающих в каждом углу, и единственный способ выжить — это убить их. Но этот? Мне неприятно признавать, что это самый страшный из всех.
Тот, кто украл жизнь моей матери.