— Что это было?
Черт возьми, у меня снова перехватило дыхание.
— Просто хотел дать понять, что мне нравится то, что на тебе надето.
— Мог бы просто сказать это.
— Я предпочел показать.
Должна признать, мне это тоже понравилось.
Эдди отпустил меня, оттащил в сторону, открыл дверцу и помог сесть.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы взять себя в руки, пока мы ехали по улицам Денвера.
Наконец, я произнесла:
— Извини, что говорю это, но я должна быть дома пораньше. Ловкач где-то там, а мама и Трикси совсем одни.
— Я попросил об услуге. Патрульная машина будет регулярно проезжать мимо, — ответил Эдди.
Что-то в поступке Эдди, заставило меня чувствовать себя странно приятно. Не то странное чувство, что я испытывала раньше, а приятное.
— Как они узнают, если что-то не так? — спросила я.
— Придумают предлог и поднимутся в квартиру, — ответил Эдди.
— Они не скажут… — начала я беспокоиться.
— Расслабься, Джет. Я все им объяснил.
Я не знала, что сказать. Поэтому остановилась на простом «спасибо».
Эдди не ответил.
Следующее, что я помню, как мы въезжаем на его подъездную дорожку. Эдди нажал кнопку открывания гаражных ворот, прикрепленную к солнцезащитному козырьку, и мы оказались в гараже позади его дома.
— Ты что-то забыл? — спросила я.
— Нет, — ответил Эдди, нажимая на тормоз и заглушая мотор.
Я сидела совершенно неподвижно.
— Тогда, что мы здесь делаем?
— Ужинаем, — сказал он, вылезая из грузовика.
Я наблюдала, как он обошел капот и подошел ко мне.
Ужинаем?
В доме Эдди?
Я не знала, как это воспринять. Обычно свидания не проходили у кого-то дома. Ну, не первые свидания. Я знала Эдди некоторое время, и он дрался за меня, провел ночь у меня дома, мы пару раз целовались, и я спала в его постели, но это все равно было первое свидание.
Я распахнула дверцу и спрыгнула вниз.
Когда я приземлилась на пол, Эдди захлопнул дверцу, взял меня за руку и повел за собой.
— Ты будешь готовить для меня ужин? — спросила я его спину.
— Нет.
— Мы закажем пиццу?
Он открыл заднюю дверь, и мы вошли на кухню.
— Мама готовила для тебя, — сказал он.
Я остановилась в дверях и уставилась на него.
— Твоя мама… готовила… для меня? — запинаясь, переспросила я.
Он затащил меня в дом, закрыл дверь и развернул так, чтобы мои бедра уперлись в кухонную стойку, руки Эдди лежали на них, а он стоял близко.
— Да. Она звонила сегодня. Хотела, чтобы я пришел вечером, и я сказал, что у меня планы. Она спросила о тебе, я рассказал, и она решила приготовить для тебя ужин.
Я моргнула, глядя на него.
— Что ты рассказал ей обо мне?
Он подошел ближе, так близко, что мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть на него. Он опустил голову, нависая надо мной.
— Я рассказал, что ты хорошенькая блондинка с потрясающей улыбкой, которая работает на двух работах и в то же время заботится о матери-инвалиде.
Я напряглась. У меня возникло неприятное чувство, что этот ужин был проявлением жалости, возможно, во многих отношениях.
Эдди почувствовал мое напряжение.
— Спокойно, Chiquita. Мама только знает, что ты много работаешь и тебе нужен тихий вечер. После того, как я следил за тобой пару дней, мне тоже нужен тихий вечер. Она просто пыталась быть милой.
— Мне не нравится, когда люди знают обо мне, — сообщила я, напряжение все еще не отпускало.
— Я уже это понял.
Мы зашли в тупик и просто смотрели друг на друга.
Потом я ощутила его запах и начала погружаться в Дурман Эдди. Тело стало расслабляться, а затем появилось покалывание.
— Я голодная, — сказал я, пытаясь отделаться от Дурмана.
Эдди коснулся моего подбородка, и его взгляд потеплел.
— Я тоже.
Он говорил не о еде, и у меня в животе возникло странное ощущение.
— Мы должны поесть, — напомнила я.
Уголки его губ приподнялись, а глаза опустились на мои губы.
— Да, нам нужно поесть. — Его голос был низким и немного хриплым, и мне стало интересно, о какой «еде» он думал.
Я выскользнула из-под него и мысленно глубоко вдохнула.
— Чем я могу помочь? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал весело и жизнерадостно.
Эдди улыбнулся, он точно знал, какой эффект на меня оказывал, и я нашла это извращенно привлекательным и раздражающим.
Он открыл вино и указал мне, где тарелки.