Медведь махнул рукой, все еще переживая потерю телевизора с плоским экраном.
— Да, — подтвердил он.
Я записала свой адрес и номер телефона и отдала Лавонн, и она проводила нас до двери.
— Я заскочу к Нэнси, как только смогу, — пообещала мне Лавонн.
Я повернулась к ней и улыбнулась.
— Ей было бы приятно.
Мы с Лавонн обнялись, все попрощались, и мы сели в «Мустанг».
— Кажется, я хочу стать ею, когда вырасту, — сказала Элли. — Но без никчемного муженька.
Я улыбнулась Элли, и тут зазвонил мой сотовый. Я достала его из сумочки и посмотрела на экран.
Там было написано: «Неизвестный номер». Я все равно нажала «ответить», надеясь, что это папа.
Прежде чем я успела сказать хоть слово, в трубке раздалось:
— Где ты сейчас находишься?
Это был Эдди, или, я бы сказала, не очень довольный Эдди.
Я запаниковала и, чтобы выиграть время, промычала: «Гм». Но тянула так долго, как только могла.
Инди сидела рядом со мной на заднем сиденье, со стороны пассажира. Раздался стук в ее окно, и все подскочили.
Я повернула голову, как и все остальные. Через окно я увидела узкие бедра в джинсах. Сердце остановилось, думая, что это Эдди, затем к окну наклонился Ли, посмотрел на нас и поманил пальцем Инди.
Ли выглядел таким же довольным, каким Эдди звучал по телефону.
Черт.
Черт, черт, черт.
— Срань господня, — прошептала Инди.
Она права. Момент дерьмовый. Не говоря уже о том, что Ли, очевидно, увидел нас и позвонил Эдди. Нехорошо. По крайней мере, это казалось нехорошо для Инди.
Что ж, хорошей новостью (для меня) было то, что Эдди разговаривал по телефону, а не был с Ли.
Затем раздался стук в окно с моей стороны.
Все повернули головы в другую сторону, и через свое окно я увидела узкие бедра в джинсах и ремень со знакомой серебряной пряжкой.
— Выходи из машины, Джет, — сказал Эдди мне на ухо, а затем связь оборвалась.
Мое сердце остановилось. К сожалению, я боялась, что «срань господня» не описывала в полной мере настоящий момент.
Глава 9
Для меня, если бы ситуация могла стать еще хуже, она бы стала
— Что, парни, веселитесь? — спросил Текс, выходя из машины.
Элли тоже вышла и оставила водительское сиденье откинутым вперед. В салон протиснулась мужская рука и схватила мою, «помогая» выбраться из машины.
Не успела я поставить ногу на тротуар, как меня потащил вперед быстро шагающий, взбешенный Эдди Чавес.
Я пролетела мимо симпатичного чернокожего парня, худощавого, высокого, с курчавыми волосами, который смотрел на меня с ухмылкой от уха до уха. Времени поздороваться не было, так как Эдди продолжал тащить меня за собой.
Я оглянулась через плечо. Не знаю, почему, может, чтобы крикнуть «помогите», и увидела, что Ли тащит Инди в противоположном направлении.
Фантастика. Теперь я втянула Инди в неприятности.
Эдди остановился через пару домов, повернулся ко всем спиной и развернул меня так, чтобы отгородить от всех.
— Что ты здесь делаешь? — спросили мы в унисон.
Эдди сделал шаг ближе, его глаза сверкнули.
— Я первый, — сказал он, глядя на меня.
— Я навещала друзей, — ответила я, чем не совсем солгала.
Глаза Эдди сузились.
— Значит, это не имеет никакого отношения к тому факту, что твой отец провел здесь ночь?
Боже милостивый, откуда он узнал?
Я решила не спрашивать и не отвечать. Вместо этого подумала, что, возможно, мне следует попытаться говорить расплывчато; раньше я не пробовала подобную тактику.
— Ммм… — промычала я.
Эдди стиснул челюсти, и я была почти уверена, что он вот-вот закричит.
Вот вам и расплывчатость.
— Это мой папа, Эдди, — тихо сказала я.
Затем (клянусь, я ничего не могла с собой поделать) глаза наполнились слезами.
Возможно, я могла бы контролировать себя, но рука Эдди обхватила мой затылок, и он притянул мое лицо к своей груди.
От него хорошо пахло, он был твердым и сильным, и, прижимаясь вот так к его груди, я могла притвориться, что он был единственным существом в мире. Я чувствовала себя в безопасности, вероятно, впервые в своей жизни, и, определенно, впервые с тех пор, как мне исполнилось четырнадцать. Так что я схватилась за его футболку по бокам и позволила слезам течь.
— Я так понимаю, ты знаешь о Маркусе и дополнительных пятнадцати тысячах? — спросил Эдди.
Это я тоже не знала, как он выяснил, но так сильно плакала, что лишилась голоса, чтобы спросить, поэтому кивнула.