Ей пришлось несколько раз сглотнуть, чтобы вернулся голос.
— Иногда это хуже, — откликнулась Ника, сердце болело от того, что ему пришлось пережить. И до сих пор приходится. — Жертва уже покоится с миром, а ты же остаешься с сомнениями и сожалениями, постоянными мыслями о том, что смог бы сделать по-другому. С этим тяжело жить. Мне так жаль, что тебе выпало такое, Винсент.
Он уставился на нее долгим взглядом, словно удивленный, что его понимают. Даже жертвы жили с этими вопросами без ответа. Она сама это знала.
— В моем случае я должна была выдержать, — объяснила Ника. — Но это не значит, что случившееся не оставило на мне отпечаток. — С ее губ сорвался смешок. — Возможно, меня накроет позже, как это произошло после смерти отца. — Она пожала плечами, избегая его взгляда. — Сегодня в магазине я чуть не нырнула в бананы, когда какой-то парень столкнулся со мной тележками. Он улыбнулся и извинился, а потом взял за руку своего ребенка, и они ушли. Обычная повседневная ситуация, верно? Нет. Потому что когда они отошли, я была уверена, что это сделано нарочно, задавалась вопросом, был ли он хорошим отцом, терял ли когда-нибудь самообладание и причинял ли боль маленькому мальчику, жене. Вот, что мне осталось, — подозрения и проблемы с доверием среди прочего. Но разве мне не грех жаловаться? По крайней мере, я здесь. Да?
Похлопав Винсента по руке, Ника высвободилась, чтобы не сдаться и не обнять его в утешении, которого он от нее не хотел. Она направилась в ванную.
Девушка вошла внутрь и встала сбоку от зеркала. За спиной стучали ботинки Винсента. Вид обнаженной кожи с татуировками вызывал дрожь по телу. Когда он повернулся, намереваясь взглянуть на швы, взгляд Ники замер на прекрасно выполненном портрете, украшавшем правую сторону груди. Завороженная работой художника, тем, как он отразил радость в глазах девушки, Ника подняла руку и провела кончиками пальцев по щечке портрета.
Винсент резко отпрянул, втянув носом воздух, и Ника так быстро отдернула руку, что ударилась локтем о шкафчик.
— Прости, — пробормотала она и потерла ушибленный локоть, поймав мимолетный взгляд в зеркале и быстро опустив глаза в пол. — Извини. Она такая красивая.
Винсент помолчал.
— Все нормально, — коротко ответил он. — Это София.
Разумеется. Горло сжало от эмоций.
Боже, ей нужен сон.
Или секс.
Винсент метнул на нее взгляд, услышав сдавленный смешок.
— Прости, не обращай на меня внимание. — Она спрятала лицо в ладонях и потерла горячие щеки.
— Как будто это возможно, — послышалось в ответ, но Ника не была уверена, что ей не показалось.
Он повернулся боком и снова приподнял руку, чтобы взглянуть на рану. Ее взгляд блуждал по бутылочке с мылом, стоявшей на краю раковины, по чистому стакану рядом с ней, зубной щетке, полотенцам на полке, сверкающих кранах из нержавеющей стали… Ника смотрела куда угодно, лишь бы не на его мощные, перекатывающиеся мышцы.
Тихий присвист Винсента вновь привлек ее внимание, и она заметила слабую улыбку на его губах. Дыхание перехватило, и Ника с грустью осознала, что никогда раньше не видела, чтобы он так делал. Никогда не видела его улыбку. Настоящую улыбку. И была ошеломлена его мужской красотой.
— Ты не шутила, когда сказала, что умеешь это делать. Теган будет впечатлена, когда увидит.
Теган? Какое ему дело до мыслей врача?
Он повернулся и посмотрел ей прямо в глаза.
— Спасибо. Все идеально.
Как и ты.
— Она твоя? — О, Боже. Какой стыд.
— Что?
Ох. Теперь уже не отвертишься.
— Теган твоя девушка? — Ника задержала дыхание, ожидая ответ.
Смех Винсента был тихим и глубоким, проникая до самых костей.
— Нет. Теган принадлежит самой себе.
— А у тебя есть? Я про девушку.
— Нет.
Облегчение. Сладостное, ослабляющее коленки облегчение накрыло ее. Вместе с потоком слез, потому что она понятия не имела, почему спрашивала его о том, что не должно было для нее ничего значить.
Ника снова кивнула и быстро отвернулась, пробормотала что-то про уборку и убежала на кухню.
— Ты такая глупая, — тихонько отчитала она саму себя, подходя к столу. — Он все равно тебя не хочет. Если бы хотел, он бы что-нибудь сделал...
— Ты в порядке, Рыжая?
Она резко дернулась, когда прямо за спиной раздался голос Винсента. Ника повернулась и едва не выронила из рук лейкопластырь и ножницы.