Винсент попятился, удивленный ее капитуляцией и странным требованием.
— Что? — недоверчиво рявкнул он.
— Я тебе не доверяю. И хочу оружие.
Он заглушил неожиданную боль из-за ее недоверия и подозрительно прищурил глаза. Слишком легко она сдалась.
— И только?
— Нет, не только, — выплюнула она. — На случай, если ты не в курсе, Винсент, я уже натерпелась достаточно дерьма в жизни, чтобы понимать, когда стоит держать ухо востро. Поэтому я лучше сдамся, чем ты разукрасишь мне лицо.
Винсент замер, пораженный ее словами. Или тем, за кого Ника его принимает. Он никогда в гневе не трогал женщину. Никогда. И никогда этого не сделает. Но она думает, что такое возможно?
Желчь обожгла горло. Винсент возмутился до глубины души.
— Я никогда...
— Бла-бла-бла, ага, я это уже слышала, — перебила она и, взмахнув волосами, уплыла в главную комнату. — Оставь это для кого-нибудь более доверчивого, — бросила она через плечо. — Или лучше для тех, кто совсем отчаялся и готов слушать всякую чушь от таких, как ты.
Винсент не мог пошевелиться. Черт подери, какого хрена Ника так отзывается о его характере? Догнав ее, он сжал тонкое запястье, поворачивая девушку лицом к себе. Черт, какая же она хрупкая. Как, ради всего святого, она могла подумать, что он может причинить вред?
— Давай кое-что проясним. Можешь оскорблять меня, дать в челюсть или по яйцам. — Он придвинулся ближе, чтобы точно завладеть ее вниманием. — Но я никогда, ни при каких обстоятельствах не подниму на тебя руку.
Она вырвалась и плюхнулась на диван.
— Причинить кому-то боль можно не только кулаками, Винсент. Скажи девушке, что она уродина или что у нее большой нос, и она никогда этого не забудет. Это больно. Скажи парню, что он щуплый. И это тоже ранит. Скажи кому-то, что он недостаточно умный или хороший, или что он все делает не так. Ты уйдешь, а у человека сердце будет обливаться кровью. Тело после физического насилия чаще всего излечивается. Но после слов? Не всегда. — Она постучала по виску и пристально посмотрела на Винсента. — Наши глупые мозги не должны верить в искренность слов другого человека, но это не мешает им осознавать и сохранять все плохое. — Она поднялась и отошла посмотреть в окно, скрестив руки на груди. Жест скорее оборонительный, чем агрессивный. — И разве разум не знает, в какой момент сбить с ног воспоминанием, как раз когда ты думаешь, что твердо стоишь на земле? Я хочу ту пушку, из которой чуть не пристрелила тебя той ночью. Я положила ее туда же, где и нашла.
Она говорила так, словно давала урок, но это было сказано от чистого сердца. Чертов Ноллан. Нанесенный им физический вред сразу бросался в глаза. Синяки бледнели, но все равно оставались заметны.
Но что же они не видели?
— Ника...
Она, не поворачиваясь, подняла ладонь.
— Оставь. Мне не важно, что ты скажешь.
Так и было. Отсутствие интереса ясно читалось в ее голосе.
— Подожди здесь, — произнес Винсент, стараясь, чтобы это не прозвучало как приказ. — Я принесу оружие, а потом поедем в особняк навестить Еву.
Винсент почувствует себя лучше, как только они окажутся там.
Он прошел в спальню, все еще сжимая в кулаке записку Ноллана. Достал маленький ЗИГ из сейфа и набрал номер Макса. Он бы и сам дал ей оружие, без просьбы. Если по каким-то причинам Ноллан умудрится всадить Винсенту пулю в затылок, нужно обеспечить Нике шанс завалить ублюдка прежде, чем он навредит еще больше.
Ноллан должен умереть, чтобы Ника стала свободной. Все просто.
***
Ника прислушалась к шагам Винсента и покачала головой. Мужчины такие наивные. Она ничего не чувствовала по поводу того, что явно расстроила его, предположив, что он может ее ударить.
«А какой бы мужчина не расстроился?» — язвительно подумала она.
Тихонько вскочив с дивана, Ника на цыпочках пробралась к двери, поморщившись от щелчка поворачиваемого замка. Не желая проверять, услышали ли ее, схватила сумку и выбежала в коридор, ожидая, что Винсент бросится следом. Она нервно постучала пальцем по кнопке вызова лифта и когда двери открылись, практически нырнула в кабину.
Ей было плевать на Кевина. Плевать на Винсента.
Ей на все было наплевать. Она просто хотела выбраться.
Удивившись, что на первом этаже и улице все еще одна, Ника без раздумий вытянула руку и поймала машину. Запрыгнув в салон, дала водителю адрес Евы и откинулась на липкое сидение. Холодное как лед сердце билось спокойно. Разумеется, она будет придерживаться плана и поедет в дом Винсента. Но сделает это на своих условиях, не его.