Когда она повернулась и посмотрела в эркерное окно на бассейн позади дома, то услышала, как Винсент сказал, что владелец магазина узнал фотографию Кевина. Грудь сдавило при виде почти неподвижной поверхности воды. Там, под ней, никаких волнений. Лишь покой и тишина.
Покой.
Тишина.
— Я люблю тебя. Прошу, будь осторожнее.
Голос Евы и звук поцелуя вернули внимание Ники к происходящему вокруг. Она встряхнулась.
За столом она сидела одна. Калеб, Габриэль и Винсент уходили. Звук быстро постукивающих ноготков заставил ее посмотреть на Еву. Подруга всегда так делала, будучи взволнованной или напуганной.
— Погоди. Что... Куда вы все? — требовательно спросила Ника.
Ответил Винсент:
— Мы хотим попытаться покончить со всем этим ради тебя, Рыжая. — Мужчина смотрел на нее с беспокойством. Они все. Разве не должно быть все наоборот? Они одни направлялись бог знает зачем.
— Прошу, будь осторожен, — произнесла Ника, ее зрение затуманилось. — Не хочу, чтобы кто-нибудь пострадал. — Или еще хуже.
Внезапно ее накрыла паника. Ника схватилась за горло и оттолкнула стул. Спотыкаясь, поднялась на ноги, отошла подальше от этих удивленных лиц и крепко зажмурилась, с трудом дыша от наводнивших голову ужасов. Легкие стиснуло и буквально жгло от попыток вдохнуть.
Что если из-за меня что-то случится с Габриэлем? Что Еве делать без него? Что если Кевин что-то сделает с моим братом?
— З-забудьте об этом, — прохрипела она. — Н-неважно. Я... я с-сама об эт-том поз-забочусь. В другом месте. — Голос так дрожал, что она едва разбирала собственные слова. — Я в-вернусь в С-Сиэтл. Он м-может причинить вам з-зло. Вы должны з-забыть об этом и отпустить м-меня...
Сильные, заботливые руки обняли ее, и большая ладонь легла на затылок, нежно прижимая к обтянутой кожей груди.
— Ш-ш-ш. Все хорошо, малышка.
Но ничего не хорошо. И никогда не будет, осознала она, задыхаясь и чувствуя себя словно состоящей из одного ужаса.
Что если с Винсентом что-нибудь случится?
Что ей делать, если у нее не останется даже утешения знать, что он где-то на Земле, пусть и не с ней? В глазах потемнело, и нахлынула слабость, Ника едва дышала.
— Он доберется, Винсент, — прохрипела она. — Он не остановится. Он придет... за... мной.
Последние слова она прошептала почти беззвучно и ее поглотила темнота.
***
Выругавшись, Винсент подхватил Нику на руки и вынес из кухни, не обращая внимание на нахмурившегося Куана, который только вошел в дом. Он взбежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, и быстро прошел по коридору к своей комнате. Страх в голосе Ники буквально преследовал его. Она ждала смерти. От рук своего мучителя. Хоть и казалось, что справляется с ситуацией, по крайней мере, до сегодняшнего дня, но она боялась за свою жизнь. Думала, что Ноллан неизбежно доберется и закончит ее историю.
Она ошибалась. Нет ни единой возможности, чтобы парень приблизился к этому дому на несколько миль, не поставив их в известность. Ни. Единого. Шанса.
Подойдя к кровати, он откинул одеяло и осторожно уложил Нику на то самое место, где спал каждую ночь. Ее огненные волосы резко контрастировали с белизной наволочки. Грудь болезненно стиснуло от сочувствия, что девушке довелось пережить, не учитывая его обращения с ней. Подумав об этом, можно просто застрелиться, покончив со всем.
Винсент укрывал ее одеялом, когда в комнату ворвалась Ева. Калеб стоял за дверью, опустив голову и с каменным выражением лица.
— Тебе стоило отнести ее в нашу комнату, Винсент, — девушка подошла к другой стороне кровати и опустилась на колени. Он не потрудился ответить, наблюдая, как Ева одной рукой вытирает слезы, а другой нежно гладит подругу по голове. — Она больше не выдержит. — Гнев и тревога явно читались в ее голосе. — Чертовы мужчины, — тихо выругалась она.
Винсент опешил, не ожидая такого от Евы. Он отмахнулся от мыслей и спросил:
— Ты знаешь, где Теган? На работе?
— Она едет, — коротко ответила она и склонилась к подруге. — Ника? Ну же, милая, — шептала она. — Очнись. Пожалуйста. — Она развернулась и села, скрестив ноги и крепко держа ладонь подруги. — Ты когда-нибудь видел, как она падает в обморок, Калеб? Я нет.
Байкер даже не взглянул на Винсента, его глаза не отрывались от сестры.
— Я никогда ее такой не видела. Даже когда умер ваш папа, хотя тогда она должна была ожидать такого исхода. Она пережила это, словно не осознавая до конца. Помнишь? Она два года ходила сама не своя. Мы смотрели фильм, в котором убили родителей парня, и ее прорвало. Сказала, что знала о скором уходе отца еще до того, как сообщили о раке.