На Деконе я планировал задержаться недели на три. Реальность показала, что нужно увеличить срок в два раза. По искинам, их взлому, просто не успевал, хотя за это время уже выстроилась стройная и действующая система работы по ним. Мне доставляют искинов, я их ломаю, если с одного судна, обычно около суток уходит, после чего отправляю или на склад или их отвозят обратно на судно, возвращая в шахты. Коды доступа ко всем взломанным искинам отправляю или на главный станционный гвардейский искин, ну или ремонтникам. В данном случае инженеру. Те двое, улетели за разным оборудованием и реакторами для орбитального терминала, но у нас появился третий сертифицированный инженер. Тот самый что недоучившийся. Так вот, когда сертификационный центр заработал, это произошло как раз через две недели с момента нашего прибытия в систему, то работник центра, стал прогонять через виртуальное оборудование подавших заявку. Естественно прерогатива отдавалась важным специалистам, необходимым в первую очередь. Всего через центр можно одновременно пропускать двенадцатью человек. Какие специальности не важно, с каждым оборудование центра работало отдельно, работник лишь контролировал всё, и ставил метки. Первыми прошли пилоты тяжа. Двенадцать часов шла сдача, очень не простое дело, но получили те сертификаты. Потом разные пилоты, техники, три врача, один из которых гвардейский, другие вольнонаёмные, для городских больниц. Следом шестнадцать офицеров гвардии, с десяток операторов артиллерийских систем, трое операторов защитных систем, два станционных энергетика, пять связистов, шесть разведчиков и так далее. То есть списки постоянно пополнялись, и сдача шла практически полные сутки. Единственный работник центра так и спал у себя на работе. Правда он был в курсе, что скоро у него появится смена, месяца через два, когда подучатся. Тут дело такое, вербовочные офисы нам аборигены открыть позволили, так что молодёжь пошла. Уж больно некоторым хотелось в космос, бредили этим. В основном парни были, с пяток девушек имелось, из тех, что атаманы в юбках, но нам их, женщин в смысле, нужно побольше. Те более усидчивы, чем мужчины, это нас и интересовало. В общем, была заявка на женщин работников. Это местных, конечно, насторожило, мало ли для чего нам женщины, и хотя рабства на Деконе не было, как-то обошлись без этого, слухи всё же о подобном ходили. Туго набирались девушки. В общем, набор такой, на двести пятьдесят семь человек набора, заявку на которые я подал, оказалось двадцать девушек и женщин разных возрастов. Интеллект был неплох, ниже ста фактически не было, отбор такой шёл, так что поработаем и с таким материалом. Вот из них два десятка были направлены на установки пилотских нейросетей, чуть больше сотни станут станционными и корабельными техниками, около двадцати медиками, один по уровню интеллекта врачом, с два десятка другим разноплановым персоналом на станции. А четыре девушки и два парня, как раз будут в будущем работниками сертификационного центра. Нейросети им уже установили в госпитале базы, модель «Управленец», время адаптации импланта уже прошло, так что те начали учить базы. Начали с тех, что им позволит освоиться в реалиях, как вести себя в космосе. То есть это три бесплатные базы знаний. «Юрист» во втором ранге, «Корпорация Росси» — безуровневая, ну и «Настройка и программирование нейросетей» первого уровня. Дальше уже шли базы знаний по будущей работе. Если кто желает получить вторую специальность, то после сдачи квалификационного экзамена за первую профессию, сможет получить базы знаний по следующей выбранной специальности.
Жаль только, среди тех добровольцев не было по уровню интеллекта подходящего кандидата на инженера. Было всего трое с высоким уровнем от ста пятидесяти двух, до ста шестидесяти восьми. Вот эти трое и будут в будущем, один врачом, двое других пилотами тяжей. В остальном порядок. Система семимильными шагами приводилась в порядок. Минное поле на десять процентов уже было заменено на перснаряжённые и заряженные мины, и дело двигалось, причём набирая обороты. Сама система постепенно очищалась, уже не нужно маневрировать чтобы пролетать из пункта А в пункт Б. Тут и буксиры с крупными обломками или остовами работали, свозя их к Свалкам или Отстойникам, ну и мусорные суда. При этом скоро так возникнут проблемы с запасами топлива. Всё что у нас имелось, все это тратилось. К счастью в системе было аж шесть топливных заправочных терминалов, три автоматического вида, остальные управляться должны операторами. Кстати, среди местных будет шесть будущих операторов топливных терминалов. В наличии, что уже выучились, пока два. Так что у нас работало, действовало пока два терминала, автоматический, с гвардейской базы управлялся искином, ну и один управляемый. Там операторы, разбившись на смены работали. Всё хорошо, но и в цистернах терминалов топливо скоро подойдёт к концу. В общем, нам нужен топливный заводик, однако с этим тоже не проблема. Тыловики что изучали склады гвардейской базы, и составляли свой список имущества, обнаружили на одном из складов мобильный корабельный военный малый топливной завод. Его пока не трогали, НЗ. По системе пока ничего такого не обнаружили, кроме конечно среднего танкера, его тоже поставили в очередь на ремонт. Тем более ремонтных доков, что были на гвардейской базе, теперь было запущено не два, а пять, техников распределили по ним в равных пропорциях, вот те и работали. А инженер, он, кстати, сертификационный центр одним из последних прошёл, всем этим управлял. Так что восстановление и запуск в строй судов и кораблей был поставлен на поток, куда быстрее всё это делалось. Кстати, сам инженер запустив большой ремонтный док, куда обоими буксирами затащили патрульный линкор, вот и занимался им. Тем более на складах орбитального терминала, их тоже постепенно вскрывали и изучали составляя списки, было обнаружено шесть искинов класса А-80, ПО для них были найдены на борту линкора, так что я их установил, а инженер поместил цилиндры в шахты, хоть и не на полную, но корабль уже мог действовать, вот его и восстанавливали. Потом тот займётся двумя оставшимися тяжами. Нужные суда.