– Чепуха! – фыркнул тощий адвокат. – Совершенно ясно, что Эуфемия Лэмптон намеревалась оставить все свое состояние этому молодому человеку. Племянник не упоминается в ее завещании ни разу. Она не собиралась оставлять ему даже сувенира на память. Мы оба знаем, что дополнение она сделала под давлением.
При упоминании слова «племянник» Дебора почувствовала боль в груди, словно ее сердце пронзила холодная стрела. Племянник женщины из семьи Лэмптон? Неужели этот другой наследник, упомянутый в дополнении к завещанию… Перси Лэмптон? И не идет ли речь о том самом наследстве, получения которого он так ждал? Если так, то поступок капитана Фоули хуже, чем она могла вообразить. Он использовал ее не просто, чтобы заполучить наследство, но собирался присвоить то, на что мог претендовать кто-то еще. Или, по крайней мере, – она прикусила нижнюю губу – на то, что Лэмптон уже считал своим. А значит, он будет думать, что его ограбили. Теперь она чувствовала себя соучастницей преступления.
Щеки полного адвоката слегка порозовели.
– Ладно, ладно, думаю, нам не стоит вдаваться в подробности в присутствии молодой леди…
– Почему нет? Вы же практически требуете от нее предоставить рекомендации!
Полный адвокат повернулся к своему партнеру, сердито насупив брови.
– Только ради того, чтобы исполнить букву закона. Обычно предпочтительно, чтобы собственность переходила кровным родственникам, а не тому, кто никак не связан с завещателем.
– Связь существует. Вы прекрасно слышали, что рассказала мисс Лэмптон, когда мы составляли исходный текст завещания…
– Прошу меня извинить, – вмешалась Дебора, поднимаясь на ноги с бьющимся от волнения сердцем. – Но я в состоянии доказать, что достойна вступить в брак с любым мужчиной, которого выберу, – сказала она, обращаясь к полному адвокату. – Моя мать внучка графа Плимстока по женской линии. Вы можете проверить ее родословную в книге пэров «Коллинс Пэридж». Мой отец из рода Гиллисов Хертфордширских. Это вы тоже можете проверить, если пожелаете. Он третий сын Реджинальда и Люсинды Гиллис из Апшотта. Возможно, его семья не из самых знатных, но это древний род.
Она возмущенно выдохнула. Капитан Фоули не только сделал ей предложение в недостойной форме, он заставил ее пройти этот унизительный допрос!
– Вы можете собирать обо мне сведения сколько угодно и узнаете, что я никогда в жизни не делала ничего такого, что могло бы дать хоть кому-нибудь повод усомниться в моей полной добропорядочности. Мой отец, преподобный Гиллис, был служителем церкви. С самого детства он внушил мне, как важно, чтобы я не подвела его ни малейшим неосмотрительным жестом. Поезжайте в Ловер-Уэйкеринг, где я выросла, и расспрашивайте, сколько вам вздумается. Вы не найдете ни одного человека, который сказал бы дурное слово о моем поведении. Что касается других ваших вопросов, да, я совершеннолетняя. И даже более чем. – Лицо Деборы исказила горькая гримаса, когда она вспомнила, что именно этим обстоятельством воспользовался капитан Фоули, когда уговаривал ее не упускать свой – как он считал, последний – шанс выйти замуж. – А по своей ли воле я выхожу замуж за капитана Фоули?
Дебора повернулась кругом и окинула его гневным взглядом. Она чувствовала себя униженной. Ее обманули, использовали. Капитан выдержал ее взгляд без тени стыда и угрызений совести. Ей даже показалось, что в его глазах мелькнуло выражение насмешки и вызова.
Графиня уговаривала довериться ему. Не принимать сторону его врагов…
Дебора сглотнула. Несмотря на весь гнев, охвативший ее в этот момент, разве могла она размотать этот клубок? Повернуть назад, когда зашла уже так далеко? И разве не стало бы это по отношению к капитану самым страшным предательством за всю его жизнь? Он стал бы считать ее своим врагом. Он бы ее возненавидел!
Дрожа от бессильной злости, Дебора повернулась к адвокатам, которые ждали ее ответа с перьями наготове.
– Да, – сказала она хриплым, сдавленным от волнения голосом. Потом, откашлявшись, продолжила: – Если я не выйду замуж за него, я не выйду замуж вообще, – твердым голосом заявила она.
Почувствовав, как на глазах выступают слезы стыда, Дебора вылетела из комнаты и, сбежав по лестнице, выскочила на душную улицу. Прислонившись лбом к кирпичной стене, она отчаянно попыталась взять себя в руки.
Что она делает, связывая свою жизнь с человеком, который мог так обмануть ее, не посчитавшись с ее чувствами? Обрекает себя на жизнь, полную недомолвок и обид, вот что!