– Ты покажешь мне сад сегодня вечером? Наверное, он очень красив в лунном свете.
Она нашла очаровательным яркий румянец, заливший его щеки. Пальцы безжалостно мяли салфетку. Его взгляд был прикован к ее губам. Он несколько раз сглотнул, прежде чем заговорить. А когда заговорил, из горла вырвался шепот:
– Я… буду счастлив.
Ханна намеревалась воспользоваться этой возможностью, чтобы лучше узнать мужа. Установить более прочную связь между ними и, может быть, поговорить с ним насчет интереса его брата к Лане.
Но было что-то в выражении лица Александра, что грозило бесповоротно покончить с ее благородными намерениями.
В Александре бушевало возбуждение. Он встал и взял Ханну за руку. То, что она угадала его желание прогуляться с ней, было хорошим знаком. Не только потому, что он жаждал остаться с женой наедине, целовать ее и, может, даже соблазнить, но и потому, что они думали одинаково. Он решил, что послеобеденная прогулка по саду будет прекрасным шансом укрепить связь между ними, и поэтому, когда она упомянула об этом, его захлестнуло счастье.
Связь с ней, которую он ощущал, была не похожа ни на что из того, что он когда-либо испытывал. Александру доставляла радость мысль о том, что Ханна тоже это чувствует.
Когда они вышли в теплую ночь, ветерок донес до него ее аромат, искушая и заставляя голову кружиться.
– Сюда, – пробормотал Александр и повел жену по тропинке к уединенной, скрытой за деревьями беседке. Это было идеальное место для любовного свидания.
– Не могу передать, как ждала этого! – прошептала Ханна, идя по залитой лунным светом тропинке.
– Да.
Он сгорал от предвкушения и все убыстрял шаг. На ясном небе переливались звезды, ароматы океана и яблочного сада плавали в воздухе. В беседке стояли скамьи.
– Очень важно, чтобы ты и я…
«Поцелуй? Здесь?»
– …поговорили.
– Я… э… поговорили?
Александр слегка споткнулся о камешек.
– Да. Мне нужно кое-что обсудить с тобой. Несколько вещей. Но начнем с твоего брата.
– Эндрю? – удивился Александр.
– Да. – Ханна повернула к нему прекрасное хмурое лицо. – Я не могла не заметить, как он смотрит на Лану.
– На Лану?
– Да. Слишком нежным взглядом. Лана – невинная девушка. Милая, добрая и наивная. А твой брат…
– Да? – Ему не понравился ее взгляд.
– Он Лотарио.
Вряд ли она права. Да, Эндрю целовал многих женщин и был чересчур обаятелен. Но Лотарио? То есть повеса и ловелас?
– Прошу тебя, предупреди его, что с Ланой нельзя играть.
– Предупредить?
Ханна послала ему улыбку, от которой у него все внутри сжалось.
– Ты, конечно, сделаешь это для меня?
Черт! Черт, да! Он сделает все за эту улыбку! Александр судорожно дернул головой, изобразив кивок.
– Спасибо большое. Это очень поможет.
Ее улыбка стала еще шире, на лице отразилось облегчение, и он вдруг понял, как она волновалась из-за его брата. Может, ему тоже стоит волноваться?
Александр мысленно сделал зарубку в памяти. Нужно поговорить с Эндрю. Прямо утром.
Но тут Ханна подступила ближе и серьезно на него взглянула, и его мысли смешались.
– Теперь мы муж и жена, Даннет.
Что-то стиснуло грудь. Он мгновенно помрачнел. Даннет? Разве он не давал ей разрешения называть его по имени?
Александр задумался. Черт! Не давал, конечно. Но теперь он это исправит.
– Зови меня Александром.
– Александр. – Ее улыбка его ослепила.
О, как ему понравились звуки его имени, слетавшие с ее языка!
– Но хотя, Александр, мы муж и жена, все же мы почти не знаем друг друга. А мне очень хотелось бы узнать тебя получше. – В ее глазах светилось такое доверие! – А ты хотел бы узнать меня лучше?
Еще бы! Он решил, что возможно, не стоит идти до самой беседки. Если он хочет поцеловать ее, это место так же подходит, как любое другое. К тому же они стояли посреди розария.
Александр быстро сорвал розу и шагнул к Ханне, сосредоточившись на своей цели. Ее глаза открывались все шире. Но он не коснулся ее. Просто стал гладить, нежно, почтительно, гладить бархатистым цветком, обводя ее лицо.