И вдруг я услышал их. Плач ребёнка. Крики. Оглушительный удар, грохот.
И вопль Холли.
Глава 21
Эйдан
Я второпях сбежал по лестнице, промчался через магазин, открыл ящик стола Клайва и схватил связку ключей. Выскочив через главный вход, я отпер дверь в подъезд и проскочил три лестничных пролёта до входной двери нужной квартиры. Добравшись до цели, я задыхался, но не остановился.
Из-за громкого плача Финна меня заметили не сразу. Холли и её парень — какой-то неудачник по имени Дон — ругались в гостиной. Я видел его несколько раз с Финном на руках и толкающим коляску. Здоровенный, мускулистый тип. Без особой на то причины он мне сразу не понравился. Теперь причина появилась — он тряс Холли за плечи, а из её маленького курносого носика шла кровь.
— Убери от неё свои грязные лапы! — закричал я, пересекая комнату и хватая Дона за руку. Он отпустил девушку и замахнулся на меня. Я с силой ударил его в челюсть, он пошатнулся и отступил.
— Что за..? Откуда ты взялся?
— Вызывай полицию! — велел я Холли, но она схватила Финна и стояла как вкопанная, укачивая его и дрожа. Из её глаз текли слёзы.
— Ты не имеешь права здесь находиться! — сказал мне Дон. — Я вызываю копов!
— Ты избивал её!
— Она ничего не расскажет.
— Убирайся отсюда, сейчас же! — Я пнул его по голени, и он согнулся от боли.
Холли успокаивала Финна, что-то бормоча и укачивая его. Я заметил её разбитый нос и фиолетовый след старого синяка на подбородке и вспомнил свою маму. Как много лет назад она также успокаивала нас, покачивая и твердя, что всё будет хорошо. А хорошо не было. Никогда не было.
— Ты больше и пальцем её не тронешь, — пригрозил я Дону. — Собирай свои вещи и выметайся!
— Ты не можешь меня выгнать! — Он был выше и крупнее, но я лучше умел драться, и к тому же я не был пьян.
— Хочешь проверить?
Дон начал осыпать Холли оскорблениями и мерзкими словами, такими же, какие я слышал от Мака, когда был ненамного старше Финна. Она, опустив голову, крепче прижала сына к себе. Я снова ударил мудака, прямо по губам, получив удовольствие от того, что тот заткнулся. Он махал руками, пытаясь ударить меня в ответ, и рычал, как беззубый лев.
— Не смей её оскорблять! — рявкнул я. — И можешь не собирать вещи. Просто проваливай.
— Я ухожу! — ответил Дон, сплюнув кровью. — Можешь оставить её себе! Она всё равно ни на что не годна.
И он вышел из комнаты. Мы услышали, как хлопнула входная дверь, а затем отдалённый хлопок дверью в подъезде.
Слёзы Холли уже высохли, но Финн продолжал хныкать. Его плач постепенно стих, превратившись во всхлипы, а потом и вовсе прекратился. Единственным шумом, нарушающим тишину, был слабый гул машин и сирен — привычные звуки ночного Лондона. Я ждал и внезапно почувствовал себя не в своей тарелке. Как мне объяснить, что я здесь делал посреди ночи?
— Спасибо, — сказала Холли. — Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. — Она покачивала Финна в руках. При виде них моё сердце болезненно сжалось. — Почему ты здесь? — её голос был полон недоумения. — Магазин ведь закрыт, верно?
— Я там ночевал, — ответил я. — Только не рассказывай Клайву, пожалуйста.
— Не буду. — Она часто заморгала, пытаясь сдержать подступающие слёзы. — Мне так стыдно. Дон... он просто... был пьян, вот и всё. А я его спровоцировала. Это не совсем его вина.
— Не пускай его обратно, — посоветовал я. — Ради себя, ради ребёнка. Не делай этого.
— Я люблю его. Как я могу просто взять и всё закончить?
— Что тут можно любить?
— Ты не понимаешь. Я совсем одна. — Она взглянула на Финна. — Мне страшно, Эйдан. Меня пугает мысль, что придётся справляться со всем в одиночку.
— Отец ведь не он?
Не трудно догадаться, потому что Дон был крупным и белокожим, Холли была хрупкой и тоже белой, а Финн — явно наполовину чёрный. К тому же Клайв просветил меня, как переживает семья, потому что Холли ушла от одного плохого парня к другому.
— Нет, но не так просто найти кого-то, когда ты... когда... — Она не смогла закончить фразу и прижала ладони ко рту.
— Позвони утром слесарю и смени замки. Собери вещи Дона — он может забрать их из магазина, если, конечно, у него хватит духу вернуться, в чём я сомневаюсь.
— А если он вернётся до того, как я сменю замки?
— Я переночую здесь, на диване, — ответил я, хоть это и означало, что Клайв догадается о моей ночёвке в магазине. Спальный мешок и будильники выдадут меня. Мне оставалось лишь надеяться, что он поймёт, что это была чрезвычайная ситуация.
Именно так я провёл первую ночь в этой квартире: лёжа без сна, прислушиваясь к каждому звуку, ожидая возвращения Дона, переживая за Клайва, вспоминая маму, Мака, Касс и себя. И меня переполняла нежность к Холли. Это не было связано с физическим влечением — я просто хотел заботиться о ней, защищать и следить, чтобы улыбка никогда не сходила с её лица.
Клайв был в ярости, но, узнав о случившемся, тут же сменил гнев на милость.
— Слава Богу, что ты оказался рядом, — выразил он одобрение. — Я подозревал, что от него будут одни неприятности. Сейчас же вызову слесаря и позвоню своему адвокату, пусть оформит судебный запрет на приближение Дона. Холли слишком мягкая и может пустить его обратно, если не предпринять решительные меры. Можешь пока ночевать в магазине. Позвони своему социальному работнику, пусть он разберётся с жильём.
Два дня спустя Холли попросила меня подняться к ней. Она открыла бутылку вина. Мы сидели на диване вплотную друг к другу.
— Я тебя так и не поблагодарила как следует.
— Всё нормально.
— Я была в шоке. Ты появился словно из ниоткуда.
— Извини. Я услышал крики и не смог остаться в стороне.
— Ты мог позвонить в полицию.
— Прости. Я не хотел тебя напугать. Просто переживал за тебя и Финна.
— Знаю. Большинство не стали бы вмешиваться. Я ценю то, что ты сделал.
— Я буду внизу, — сообщил я Холли. — По крайней мере, ещё пару недель. Если Дон заявится, зови.
Она вздохнула.
— Трезвый он был идеальным.
Я промолчал. Я слышал всё это и раньше.
— Эйдан, я тут поговорила с дядей Клайвом. У меня есть свободная комната, а тебе негде жить. Почему бы тебе не переехать сюда? Станешь моим квартирантом. Всё лучше, чем коммуналка.
— Серьёзно? — Я не мог поверить своим ушам. Квартира была просто чудесной, Холли — милой, доброй и дружелюбной. Это самое лучшее из того, что со мной случалось.
— Ты уверена? Точно уверена?
— Абсолютно, — заверила она меня.
Поначалу было неловко. Большую часть времени я проводил в своей комнате, не зная, было ли ей комфортно видеть меня на кухне или в гостиной. Потом Холли стала приглашать меня посмотреть с ней телевизор, предложила поужинать с ней («Я приготовила карри, но не рассчитала с порциями») и попросила присмотреть за Финном. И постепенно мы друг к другу привыкли.