— Что она сказала, Эйдан? — спросила я.
— Что Бетти и Джим присматривали за ребёнком, так что это было неуместно, небезопасно... Я был опасен.
— О, Эйдан, это так несправедливо. — Я сжала его ладонь.
— Я не поверил в это тогда и до сих пор не верю. Они хотели наказать меня. Или Бетти с Джимом услышали о том, что произошло, и... Я их разочаровал, понимаете? Я стал им не нужен.
Я могла по пальцам одной руки пересчитать те моменты, когда видела папу плачущим. Он был человеком старой закалки, очень сдержанным, не позволяющим себе такого. Он не плакал, когда рассказывал нам про Аннабель, и не проронил ни слезинки, когда собирал свои вещи и уходил от нас. Но, слушая историю Эйдана, я заметила, как по папиной щеке скатилась крупная слеза.
— Тяжело, правда, когда твой единственный опыт — это отказ, — прошептал папа. — Вот почему мы должны убедиться, что Холли услышит эту историю от тебя именно так, как ты только что рассказал, чтобы она поняла, что это был несчастный случай. Ничего больше, только случайность. Ребёнок теряет терпение в стрессовой ситуации. Понятно, что Кит и твоя мама были очень расстроены... хотя, на мой взгляд, ничто не оправдывает насилие по отношению к ребёнку... Но Холли не должна бояться тебя. И никто из нас тоже. Так ведь, Эйдан?
Эйдан посмотрел на него огромными, почти детскими глазами, а затем протянул папе пистолет.
— Вы действительно можете просто избавиться от него ради меня?
— Я знаю человека, который сможет. А сейчас Сьюзи очень хочет узнать всё о твоей жизни, Бену не терпится познакомиться с тобой, а ты выглядишь так, словно тебе необходимо перекусить. Не мог бы ты побыть немного с семьёй, прежде чем я отвезу тебя обратно в Лондон?
Эйдан медленно кивнул. Они с папой встали, а я осталась на месте. Я почти не дышала последние полчаса и чувствовала себя слишком слабой, чтобы двигаться.
— Если хочешь, — продолжил папа, — я могу пойти с тобой и остаться рядом, пока ты будешь разговаривать с Холли... Как ты считаешь, это поможет? Чтобы убедиться, что она поняла всю историю. А если что-то пойдёт не так, ты можешь пожить у меня, и мы во всём разберёмся. Ты не одинок, Эйдан. Однажды мы тебя подвели, и я искренне сожалею об этом, но сейчас мы рядом и готовы поддержать.
Я не знала, благодарить ли папу за то, что он был так добр и помогал Эйдану, или обижаться на него. Я понимала, что он делал это из чувства вины, и, безусловно, ему было за что винить себя.
Или, может быть, он делал это и ради меня тоже?
Папа посмотрел на меня сверху вниз и сказал:
— Присоединяйся к нам, Касс, когда будешь готова.
Они ушли, а я позволила себе ещё немного поплакать, а потом высморкалась, вытерла глаза и порадовалась, что не была настолько глупа, чтобы накраситься тушью, иначе она размазалась бы у меня по всему лицу.
Дверь снова открылась. Я подумала, что пришла мама, но это был Уилл. Конечно же, он собственной персоной. Уилл, с кусочком праздничного торта, и я, с поросячьими розовыми глазками и алым носиком.
— Привет. Я подумал, что ты, возможно, не в настроении для скопления людей.
— Я пропустила, как Бен задувал свечи? — О нет, снова слёзы.
— Он будет жить. Ему действительно весело с друзьями. Приятно на это смотреть.
— Это благодаря тебе...
— Не мне. Он сам приложил усилия, чтобы по-настоящему завести друзей. Я просто познакомил их.
— Ты сделал больше, чем это. Я не знаю, как тебя благодарить.
Уилл протянул мне носовой платок.
— Он абсолютно чистый, честно.
Я с благодарностью приняла его.
— Извини. Я не знаю, что со мной.
— Всё в порядке. Это было довольно страшно. На меня никогда раньше не направляли дуло пистолета.
— Прости! Мне очень жаль.
— Всё в порядке. Было приятно, что ты защищала меня. Я рад, что ты считаешь меня... как ты выразилась? «Очень хороший человек» — это было неожиданно.
Вот он, мой шанс. И естественно, я всё испортила.
— Не понимаю, ты смеёшься надо мной или нет.
— Я и не думал смеяться над тобой, — ответил он серьёзно и взял меня за руку. — Касс, давай попробуем ещё раз?
Очевидно, большинство девушек просто улыбнулись бы, рассмеялись и бросились в его объятия, и я тоже этого хотела. Но мне нужно было убедиться в том, что я делаю.
— Говоря «попробуем ещё раз», что именно ты имеешь в виду?
Уилл нахмурился и спросил:
— Ты когда-нибудь думала о том, чтобы изучать юриспруденцию? Потому что, мне кажется, это подойдёт тебе гораздо больше, чем история. Я имел в виду всё, что ты сама захочешь. Если ты хочешь и дальше скрываться — это твоё право. Если тебе нужен настоящий, официальный, преданный парень, тогда я готов стать им. Я не могу перестать думать о тебе, очень скучаю и правда хочу, чтобы всё было правильно. Просто дай мне знать, чего ты хочешь, Касс Монтгомери, и я сделаю всё, что в моих силах.
Я не знала, что ответить, поэтому достала телефон, открыла приложение «Фейсбук» и зашла в свой профиль.
— Смотри, — сказала я ему, сохранив изменения.
— «В отношениях с Уиллом Хьюзом», — прочитал он. — Ничего себе! Когда ты принимаешь решение, то действительно идёшь до конца.
— Это нормально? — Я не была уверена, что только что не выставила себя полной дурой. Посмотрев на телефон в своей руке, я заметила, что пять человек уже поставили «лайк» на мой обновлённый статус.
— Гораздо лучше, чем просто нормально, — прошептал он, коснувшись своим носом моего, и наконец-то, наконец-то...
Дверь снова распахнулась, и я услышала изумлённый голос Бена:
— Касс! Почему ты целуешь Уилла?
Глава 43
Эйдан
Это Нил рассказал Холли. Он сочинил всякую чушь, представив меня чудовищем и злодеем. Когда отец Касс отвёз меня обратно в квартиру, мы сели и поговорили, и всё уладилось. Всё стало хорошо. Он действительно очень помог, как будто был профессиональным психологом или социальным работником — даже лучше.
Холли поняла и доверилась мне, и мы заговорили по-другому. Потому что, когда она узнала обо мне самое худшее, я поверил, что она останется со мной, почувствовал силу её любви, и это преобразило моё внутреннее состояние. Я начал задумываться о том, чтобы бросить пить. И в итоге я это сделал — просто перестал, вот так сразу. Мы с Ричем зашли в паб и заказали колу. Это было странно и глупо, но я сделал это один раз, а потом снова и снова.
Даже несмотря на то, что сейчас канун Рождества, у меня есть цель провести праздники без алкоголя, и я искренне верю в свои силы. Просто говорю «нет» и с каждым разом чувствую себя всё сильнее и горжусь собой. А если вдруг осознаю, что силы на исходе, звоню отцу Касс и просто делюсь своими переживаниями. Он обещал быть рядом со мной, и пока держит своё слово. Он мне очень нравится, хотя я ещё не упоминал о своих преимуществах, на всякий случай.