Я никогда не понимала, как на самом деле холоден мой отец. Я всегда думала, что он просто боится выражать свои чувства и не может терпеть когда что-то делают не так, как он считает нужным. Сейчас я понимаю, что все иначе. Он на самом деле пуст и холоден. А иначе, как он мог оставить меня одну сейчас? Он уже провел в больнице с мамой и сестрой всю ночь и день. Он не позвонил и не спросил как у меня дела. Он предполагает, что со мной все хорошо. Но это не так.
И он тоже сделал вторую ошибку. Я уже не та, что была раньше. Даже если я захочу стать прежней, я не смогу. Что-то изменилось во мне, и я не знаю, что. Это звучит глупо, но я увидела этот свет над головой отца, а потом я могла полностью читать его мысли. Это безумие.
Я также вижу тени, которые гуляют сами по себе по улицам. И чудовищ с желтыми глазами, которые прячутся за деревьями. И я до сих пор вижу сны с этим великолепным парнем, которого я видела на лужайке. И я продолжаю чувствовать, что он со мной, и знает все, что происходит. Я ужасно хочу увидеть его снова.
Я схожу с ума?
Или я просто становлюсь сильнее? Вижу что-то большее, за гранью этого мира? Становлюсь кем-то другим?
Отец Киры вернулся из больницы поздно ночью. Она не могла заснуть, и слышала как открылась дверь. Она вышла в прихожую в пижаме, чтобы поприветствовать его.
Он выглядел измученным, что и говорить. Кроме наблюдения за Амандой и мамой, у него были и прямые обязанности в больнице, а дела там шли все хуже. Аманду нужно было поместить в защитную камеру, чтобы она не заразилась той инфекцией, что гуляет вокруг. Она была слишком слаба, чтобы пережить такое, она не должна подцепить это по роковой случайности.
— Именно поэтому я не могу ее увидеть? — спросила Кира.
— Почему ты не можешь просто уважать наше решение, а не упрямиться все время? — проговорил отец сквозь зубы.
— Ты имеешь в виду просто притворяться, что ничего не происходит? Я хочу увидеть сестру! — она требовала этого громче, чем обычно. — Мне нужно ее увидеть.
Отец отпрянул.
— Когда Аманде станет лучше, ты увидишь ее. Подожди, пока она очнется от комы.
— Она на самом деле с нами? Все еще жива, благодаря аппаратам?
Он посмотрел на нее еще мрачнее, его недовольство росло, как будто Кира намеренно поднимала его.
— Зачем ты усложняешь все, хотя время и так непростое?
Кира решила попробовать смягчить настроение отца.
— Я просто пытаюсь выяснить, почему мне нельзя ее увидеть. — Кира задержала дыхание.
Даже когда он молчал, Кира видела свет, мягкий синий свет над его головой, и вдруг в своем разуме она слышала его мысли как наяву.
Твоя мать не может смириться с мыслью, что ты жива и здорова, когда Аманда находится в таком состоянии. Твоя мать запретила пускать тебя в ее комнату.
Кира ахнула, и почувствовала, как ее лицо побледнело.
— Ну что теперь не так? — папа заметил это.
— У меня ужасные мысли, — сказала Кира.
— Совсем ужасные? — он выглядел так, как будто не способен принять еще что-то. — Я не хочу ничего слышать.
Кира была потрясена. С одной стороны, он не сказал ни слова. А с другой, она слышала то, о чем он на самом деле думал. Это не было просто случайностью — она точно обладала какой-то силой.
— Это из-за мамы? — спросила Кира, проверяя свою теорию.
Отец снова вздохнул. Он был просто в шоке. Затем снова взял себя в руки.
— Как смеешь ты вообще предполагать такое?
Он делает вид, что не понимает о чем я, осознала Кира.
— Мама не может вынести и мысли о том, что я приду, не так ли? — продолжала Кира.
Он отвернулся и съежился.
— Я не знаю, что с тобой не так, — сказал он недовольно. — Как ты могла подумать такое?
Кира знала, что она права. Но эти вопросы заставляли его выходить за комфортную зону, и он был не виноват в том, что мать ненавидела ее. Он не мог постоять за нее и сказать маме, что у нее ДВЕ дочери. И что Кире тоже нужно внимание и забота. Все это было слишком для него.
Он повернулся, чтобы пройти в свой кабинет, где он всегда отдыхал от работы. В прошлом, Кира часто сопровождала его и они сидели тихонечко вместе, наслаждаясь обществом друг друга, им не нужно было ничего говорить.
Сейчас она не пошла с ним. Да и он тоже не хотел, чтобы она была с ним рядом. Она слышала, как он думал об этом. Четко и ясно.
ГЛАВА 12
Первый день возвращения в школу был просто невыносимым. Все столпились вокруг Киры, спрашивая о том, как у нее дела, и как все у Аманды. Как дела у ее семьи. Спрашивали все — ученики, учителя, наставники, тренеры, все, кто работал там.