- Девушка, та машина, на которой уже знакомые вам парни уехали после бара домой, принадлежит мэру города. А мэр, утверждает, что он самолично приехал за своим сыном и его друзьями в бар, и сразу развез всех по домам. Постарайтесь хорошо вспомнить события того вечера, ведь вы находились в алкогольном опьянении, может вас другие люди завезли в лес? Вы же понимаете, если вы оклеветали сына мэра и его друзей, то это может обернуться против вас, и вы можете понести за это наказание, - объяснил мне следователь.
Я смотрела на следователя, а он на меня, и мы оба понимаем, что он в любом случае не будет заводить дело против сына мэра города, не смотря на очевидную вину в произошедшем преступлении.
Пока я находилась в кабинете следователя, папа ожидал меня в машине.
Я открыла пассажирскию дверь, и уселась на сидение, нехотя пристегнулась ремнём безопасности.
- Пап, поехали в поликлинику, - тихо сказала я, так как говорит Захар. Я скопировала его манеру говорить. Уже безумно скучаю по нему.
Мы приехали в медицинское учреждение. У кабинета травматолога стояла приличная очередь, которая очень медленно продвигалась, и это наталкивало меня на мысль отказаться от консультации врача, о чем и сказала отцу. Тот был со мной не согласен, но торчать со мной в душном коридоре тоже не желал. Он задал вопрос волшебному интернету: " есть ли в нашем городе в частной клинике травматолог?" Интернет ответил, что есть, и автоматически показал маршрут на карте, куда мы и направились.
После того, как в частной клинике мне сделали компьютерную томограмму, врач сделал своё заключение.
- Девушка, не переживайте, перелома рёбер у вас нет, только ушиб грудной клетки. Но не смотря на то, что это всего лишь ушиб, сильная боль может сохраняться до трех месяцев. С рукой та же ситуация - без перелома. Я сейчас выпишу вам обезболивающие препараты, а через неделю придёте на повторный приём, - успокоил меня врач.
Ни на какой повторный приём не пойду, - подумала я. Сказали переломов нет, и я спокойна. Таблеточки попью, гелями помажусь и жить можно.
После консультации врача, мы с отцом заехали в кафе перекусить, а потом отправились за обновкой в салон сотовой связи.
В салоне я столкнулась в дверях со своей бывшей коллегой барменшей Лизой. Рядом с отцом нормально поговорить с девушкой не получилось. Я только спросила работает ли она до сих пор в том же баре, и получив положительный ответ, сразу выстроила планы на завтрашний день.
Папа купил мне телефон и сим-карту, а потом дал денег и повёз домой.
- Дочь, если хочешь, то я могу остаться у тебя на пару дней, - предложил он. Я видела, что он переживает из-за случившегося со мной.
- Да всё нормально, пап, - улыбнувшись, заверила его. - Езжай домой, там Юля и Ванечка ждут и волнуются за тебя. Да и завтра тебе на работу.
- Маша, мне кажется, что хода этому не будет. Если один из участников - сын мэра, то мы обычные смертные здесь бессильны. Пока ты была на консультации у травматолога, я созванивался со своими знакомыми. Вобщем они сказали, что ничем помочь не могут, и против мэра не пойдут, - сказал отец, опустив глаза в пол. Я видела, как его изнутри разрывает от такого положения вещей, и понимаю, что в данном положении мы - простые люди не в состоянии что-то изменить.
- Пап, да я и так всё понимаю, не маленькая ведь. Надежда на справедливость ушла в тот момент, когда следователь сказал про невинного сына мэра.
- Немаленькая говоришь, а для меня ты всегда будешь маленькой доченькой, - трогательно сказал папа, и обнял меня.
Никогда раньше он со мной не был таким душевным. Трогательно и приятно!
8 глава
Вечером я думала о своём Захаре, о состоянии здоровья Даши, и о том чем могу им всем помочь.
Завтрашний день решила начать с посещения больницы, а после обеда схожу на мою бывшую работу.
Утро следующего дня было дождливым, поэтому организм сопротивлялся покидать тёплую кровать. Как-то слышала, что один мудрый человек советовал прислушиваться к своему организму, потому что он даёт нам нужные подсказки, как ему будет лучше. Вот я и решила последовать подсказкам своего организма, и осталась лежать в кровати ещё два часа. Затем организм шепнул полежать в ванной минут сорок. Затянулись мои сборы надолго.
В больницу я приехала после обеда.
Замученная медсестра сказала, что Даша лежит в семнадцатой палате. Палата рассчитана на одного человека, с отдельным душем и туалетом, видимо она платная, потому что даже телевизор висит на стене, чего в других палатах нет. На маленьком столике и прикроватной тумбочке стоят букеты различных цветов. Когда я вошла, Даша со своей мамой стояли в обнимку ко мне спиной, и смотрели в окно.
Я постучала об дверной косяк, и прошла внутрь.