Алексею Ивановичу позвонили из областного военкомата, сообщив, что к нему сейчас подъедет майор Борисов, поэтому попросили никуда не отлучаться. Разгуляев, ничего не подозревая, попросил секретаршу приготовить кофе и чай гостю. Мутное чувство тревоги подступило к нему, когда он закрылся в своём кабинете. «Зачем со мной хочет встретиться военком? Может быть, с Володей что-то случилось?». Внезапная боль в области сердца пронзила Разгуляева. В глазах помутнело. Положив под язык таблетку, еле дошёл до секретаря. Вызвали скорую помощь…
Военком с печальной вестью прибыл в контору позже, когда Алексея Ивановича уже госпитализировали с сердечным приступом в больницу. Сотрудники, узнавшие о гибели Владимира первыми, были потрясены и взволнованы тем, что это горе может убить и их директора.
Когда в больницу к отцу пришла дочь Разгуляева Лариса, Алексею Ивановичу стало лучше. Он лежал под капельницей, беспомощный и растерянный. Не успела Лариса зайти в палату, прервал её на полуслове:
– Что с Володей? Говори!
Сказать правду было выше её сил. Глаза налились слезами. Лариса, как в детстве, когда сильно волновалась, закусила губу:
– Пап, я не знаю, – солгала она.
Разгуляев всё понял.
– Скажи мне правду, Лариса. Сейчас же… Иначе я сойду с ума… Майор из военкомата просто так родителей не навещает… Говори…
Зашёл врач и, заметив, что пациент сильно взволнован, попросил дочь немедленно покинуть палату. Лариса, не выдержав, разрыдалась:
– Пап, Володи больше нет…
Разгуляев инстинктивно резко попытался встать с постели, вырвал иголку капельницы из вены. Медсестра бросилась укладывать безутешного отца в кровать. Преодолевая её слабое сопротивление, Алексей Иванович кричал:
– Я хочу видеть сына. Пустите меня к нему…
Через некоторое время Разгуляева удалось успокоить.
Похороны лейтенантов Разгуляева и Карпушина состоялись только через неделю, когда их в цинковых гробах доставили в Ярославль. Гражданская панихида состоялась в Доме политпросвещения при большом стечении народа. В изголовье открытого гроба любимого сына сидел Алексей Иванович Разгуляев. Поверженного горем, постаревшего, растерянного, его невозможно было узнать. Временами он не мог сдержать крик своей отцовской боли. И от этого крика у присутствующих стыла кровь.
После похорон и реабилитации в санатории директор племзавода «Ярославка» вышел на работу другим: сильно похудевший, абсолютно седой. Было видно, что Разгуляев из последних сил старался держать себя в руках. На предложение сослуживцев досрочно выйти на пенсию ответил резким отказом. Работа стала его отдушиной.
После этих трагических событий в жизни директора прошло полгода. В пригороде Ярославля открывали большой торговый центр «Глобус». Ранним воскресным утром на стоянке огромного магазина прораб строительства объектов в «Ярославке» Александр Флоровский обратил внимание на пожилого человека, направляющегося напрямую к нему.
– Здорово, Александр. Не узнал совсем? – Разгуляев протянул прорабу дрожащую руку.
Флоровский замер, потрясённый разительными переменами в облике любимого руководителя. Перед ним стоял согбенный старик с потухшим взглядом.
– Алексей Иванович? Неужели это вы? – промолвил он.
– Да, Саша, я… Ты не ошибся. Давно с тобой не виделись. Сына у меня убили. В Чечне, – с трудом выговорил Разгуляев. Он достал из кармана большой носовой платок и разрыдался, как ребёнок. – Дочь тоже… недавно потерял. Простудилась в Тайланде. Воспаление лёгких…
Флоровский не мог поверить собственным ушам. Как велико горе этого большого человека…
– Я вот приехал за продуктами на поминки дочери…
– Алексей Иванович, чем вам могу помочь? Вы только скажите…
– Благодарю. Не надо. Тебя увидел, и хорошо. Поговорили… – Разгуляев протянул Флоровскому руку. – Спасибо за предложенную помощь. Прощай.
Флоровский ещё долго смотрел вслед Алексея Ивановича, ошеломлённый тем, насколько глубоко время и беды наносят свои душевные увечья. Даже таким сильным личностям, каким был его директор.
Алексей Иванович Разгуляев прошёл нелёгкий, но достойный путь человека – хозяина земли русской. Он был человеком дела и доброго открытого сердца. Всё, что он делал и достигал, имело цель благословлять людей, простых рабочих и служащих. Именно за это качество многие, кто с ним хоть однажды пересекался в жизни, вспоминают его добрым словом и благодарной памятью.
Идеальных руководителей не существует. Так или иначе, он совершал свои управленческие ошибки. Не щадил пьяниц, лодырей, воров. Иногда его принципиальность приводила к незаслуженному наказанию подчинённых, как это было с передовиком производства Александром Павлычевым, который, пожалев доярок, скосил для их личных коровушек с гектар травы на поле хозяйства. И был Разгуляевым строжайшим образом наказан.