Я остановилась и повернулась к Джеймсу, который поднимался вслед за мной. Стоя на ступеньку ниже, он был теперь вровень со мной. Мы встретились глазами, и я не могла понять его взгляд. Я посмотрела чуть ниже, на нагрудный карман шикарного темно-серого костюма с вышитыми инициалами ДМБ.
– Со вчерашнего дня гадаю, что значит буква М, – призналась я. И снова подняла глаза, вдруг оказавшись так близко к его лицу, что рассмотрела детали, которых не замечала раньше. Например, ресницы гораздо темнее волос. Или бледные веснушки у него на щеках.
– Мортимер, – тихо ответил он.
– Как твой дед?
Он кивнул и посмотрел мимо меня на Тристана. Очевидный знак, что он не хочет продолжать разговор в этом направлении.
Остаток пути Тристан рассказывал мне об особых тканях, с которыми работали портные, и каково число манжетных пуговиц, из которых они могут выбирать.
До сих пор костюмы для меня были всего лишь… костюмами. Я их не особо различала и, уж конечно, не догадывалась о том, сколько решений приходится принять перед тем, как такой костюм будет готов. Или сколько существует способов его пошить.
– Каждый угол мы измеряем, в крое нет ничего случайного, – сказал Тристан, когда мы вышли из лестничной клетки и ступили в хорошо освещенный холл. – Это с незапамятных времен заслуга фирмы. Мы работаем очень тщательно и можем предложить самое лучшее качество. Поэтому мы допущены даже к обслуживанию королевской семьи. – Он остановился рядом с фотографией на стене. Я подошла ближе и обомлела. То был портрет престолонаследника.
– Только не говорите, что вы его одеваете, – с благоговением произнесла я.
Джеймс ничего не ответил, а Тристан гордо улыбнулся:
– И не только его.
Мы прошли дальше через холл, на стенах которого висели портреты знаменитостей, политиков и представителей аристократии – все одеты в костюмы «Бофорт». Я увидела Пирса Броснана, «Битлз» и даже фото премьер-министра. И еще ряд мужчин, лиц которых не знала, но сама выправка их говорила о том, что они могущественны и очень богаты.
– И ты знаком со всеми этими людьми? – спросила я, обернувшись к Джеймсу.
Он пожал плечами:
– Ну, с некоторыми.
– Это круто, – пробормотала я, и мне стало даже немного жаль, когда Тристан в конце холла открыл дверь и наконец ввел нас в закроечную.
Я с любопытством осмотрелась. Помещение просторное и похоже на огромный светлый зал. Хотя сегодня суббота, здесь среди портняжных манекенов и закроечных столов, на которых громоздятся тюки, работали одновременно не меньше пятидесяти человек.
– Идемте, костюмы там, дальше. – Тристан шел впереди, пересекая все помещение.
Закройщики вежливо, но скованно здоровались с Джеймсом. Бросив взгляд через плечо, я заметила, как они перешептываются, сдвинув головы. Нахмурившись, я посмотрела на Джеймса. Он надел на себя маску непринужденной надменности – это выражение лица было мне хорошо знакомо. Интересно, что у него в голове сейчас? Похоже, его совсем не радует то, что люди испытывают перед ним страх и трепет.
Я вдруг поняла, что мне хотелось бы узнать о нем больше. Больше о Джеймсе, о Бофортах и о том, что происходит за кулисами этой состоятельной семьи.
Тристан вырвал меня из мыслей, остановившись.
– Вот. – Он указал на портновский манекен, на котором…
Мое дыхание перехватило.
На манекене висело платье Викторианской эпохи. Оно было сшито из зеленого шелка, состояло из двух частей, с короткими рукавами и отделкой из черных кружев. Облегающая верхняя часть, сдержанный вырез в форме сердечка украшен черными камешками. Подол пышный и тяжелый за счет нижней юбки. Зеленая ткань, подобранная в складки, чередовалась с кружевом и доставала до пола. Это самое красивое платье, какое мне только приходилось видеть.
Не знаю, как я смогу его взять с собой домой или в школу. Я не смею даже дотронуться до него, боясь испачкать или испортить.
За манекеном в платье стоял манекен в мужском костюме, состоящем из сюртука, жилетки, рубашки и брюк. Сюртук был слегка притален и с виду сшит из мягкой шерсти. Полы черного жилета с несколькими карманами заостренно смотрели вниз. На воротнике белой рубашки выделялся черный галстук, широкий и по форме отличающийся от современных галстуков.
– Когда в те времена джентльмены одевались, это считалось еще только полдела. Каждая деталь должна была быть безупречной, – объяснил Тристан и ловко снял с манекена мужской костюм. Сделав это, он увел Джеймса за перегородку: – Идемте, мистер Бофорт. Посмотрим, подойдет ли он вам.