Руби
Как говорить с человеком, с которым вы целовались как безумные?
Единственный парень, с которым я целовалась до Джеймса, был Рэн, и его я потом попросту игнорировала и делала вид, что ничего не было. С Джеймсом этому не бывать. Почти все воскресенье я провела в постели, таращась на его толстовку, которая так и лежала, свернутая, на письменном столе. Мне бы хотелось написать ему сообщение или позвонить, но в голову не приходило ничего, кроме А не могли бы мы это повторить? и Что это значит для нас теперь? Сказать ему я не смогу ни то, ни другое. Тем более вчера он так внезапно исчез вместе со своими родителями, что я даже не попрощалась с ним.
В конце концов этими мыслями я так надоела самой себе, что решила отвлечься и занялась отчетом о мероприятии. Если не считать кратковременного отключения света в самом начале, все прошло по плану, и сегодня утром я уже получила электронное письмо от ректора Лексингтона, в котором он хвалил нашу команду за хорошую работу. Я переслала его письмо остальным членам группы, добавив пару теплых слов от себя. Потом взяла одну из книг, подаренных бабушкой и дедушкой на день рождения, и принялась за первую главу. Отмечать важные места и наклеивать рядом с ними разноцветные стикеры – это всегда помогало мне наводить порядок в мыслях. Делая пометки, я наполняла голову информацией и фактами, пытаясь при этом отогнать воспоминания о крепкой руке Джеймса на затылке, и о его губах, прильнувших к моим.
Интересно, сколько девушек он перецеловал, чтобы набраться такого опыта.
И еще интересно, как далеко бы мы зашли, если бы нас не прервали.
А также интересно, выпадет ли мне еще раз случай его поцеловать.
О’кей, может, эта книга не так уж и хорошо справляется с моими мыслями, как я рассчитывала, но я не позволю Джеймсу все испортить. И уж совершенно точно не допущу, чтобы он свел меня с ума. Разум я точно сохраню. Он никуда не денется только потому, что Джеймс разбудил в моем животе несколько спящих бабочек.
К вечеру этого дня я прочитала половину книги, хотя это был перебор. Я так устала, что рухнула в постель замертво. К сожалению, всю ночь мне снова и снова снился Джеймс, его темные глаза и томный шепот, которым он произносил мое имя.
Следующее утро было для меня как в первый школьный день. Я нервничала и волновалась, а желудок мой скрутило, когда автобус подъехал к остановке и открыл двери. Я не знала, что будет, когда снова увижу Джеймса. Подойдет ли он ко мне? Или я должна подойти к нему? Не слишком ли это будет назойливо? Или мы оба сделаем вид, что ничего не было? Или между нами после субботы теперь однозначно нечто большее? Мысли путались в голове, обгоняя одна другую, и я сердилась, что вчера просто не позвонила ему. Тогда бы я по крайней мере точно знала, в каких мы отношениях и как себя вести. Противнее всего для меня была неуверенность.
Выйдя из автобуса, я все силы приложила, чтобы поправить школьную форму. Ни одна складочка не должна выбиваться из ряда стройных складок, галстук должен быть на месте. На плече висела сумка, подаренная Джеймсом. Ее тяжесть странным образом придавала мне уверенности. Как будто она была подтверждением того, что между Джеймсом и мной действительно что-то есть. Я пробежалась пальцами по инициалам на клапане, не сводя при этом глаз с массивных железных ворот Макстон-холла.
Я справлюсь. Веди себя совершенно нормально. Все как обычно, – уговаривала я себя мысленно, выпрямив спину, ступая на территорию школы.
Во время собрания Джеймса нигде не было видно. Его друзья сидели в левом ряду, и когда я прошла мимо них, то услышала, как Сирил насмешливо фыркнул. Не знаю, относилось ли это ко мне, но сразу стало не по себе от этого. Я обернулась к нему, он холодно смотрел на меня.
В первом блоке занятий сегодня искусство, и как бы я ни пыталась, сосредоточиться не получалось. Все, о чем я могла думать, – это то, что после этого урока я пойду на математику, а она пройдет в том же классе, где сидит Джеймс. Мы уже не раз встречались там между занятиями в коридоре, потому что миссис Уэйкфилд постоянно переносит свои уроки.
Когда прозвенел звонок, я попыталась не слишком резко вскочить со своего места, но если судить по взгляду, который на меня бросил Алистер с другого конца класса, мне это не очень удалось. Я поспешила в сторону главного корпуса. Чем ближе я подходила к нему, тем быстрее билось сердце. Перед тем как свернуть в нужный коридор, я остановилась и подтянула черные гольфы. После этого, сделав глубокий вдох, свернула за угол.
Мысленно я была подготовлена к тому, что встречу Джеймса, но когда я заметила в холле знакомый силуэт рядом с Лидией, сердце на какой-то момент замерло. Видеть его в школьной форме кажется одновременно и привычным и странным. После короткой паузы, за которую я попыталась выровнить пульс, я пошла дальше. Я же могу лишь поздороваться с ними. Только сказать «привет». В этом нет ничего странного. Мне меньше всего хотелось бы, чтобы в этом было что-то странное. Мне надо только заглянуть в его глаза, чтобы знать, что между нами происходит. Увижу ли я в них ту же нервозность, какая терзала мою душу все воскресенье?