Глава 3
— Что ты знаешь о червях? — Начал разговор древний, когда я легла на его постель, а точнее, положила голову ему на колени. Он облокотился на спинку кровати, склонив голову, чтобы видеть меня.
На тумбочке стоял неизменный стакан воды.
— Хм, — я задумалась. — Вы одиночки, основная форма — червивая. Обожаете воду, но есть разновидности, которым она наоборот вредит. Размножаетесь с помощью личинок, не имеете пола в базовой комплектации, редкие особи перерождаются в человеческих телах.
Сиар провёл пальцем по моей нижней губе с интересом наблюдая за реакцией.
— Почему?
— Естественный отбор.
В его взгляде мне почудилось одобрение.
— Что нам даёт вода?
— Не знаю, — не смутилась вопроса и своего нулевого погружения в тему.
— Червь состоит на 70% из воды, моя Истра. Нам претит алкоголь и искусственные напитки по своей сути из-за того, что не приносят никакой пользы. Черви примитивны, несмотря на то, что некоторые... ммм, особи, — он усмехнулся, — выставляют себя в лучшем, чем есть на самом деле, свете.
— Вам неприятны алкогольные напитки?
— Более чем. Иной раз доходит до того, что червь промывает желудок после них.
— А есть у воды какие-то ещё полезные свойства?
— Конечно, — охотно отозвался Сиар. — Черви восстанавливаются в воде, за исключением песчаных. Им нужен песок. Вода успокаивает нашу сущность...
Он посмотрел на меня как-то странно. Будто раздумывал, стоит ли мне доверять сокровенное.
— После перерождения в это хлипкое тело у меня появилась слабость. С приближением трансформа начинает сильно трясти, и в детстве мы с Кассандрой скрывали от магов мою сущность... помню, она заставляла пить воду, чтобы остановить переход. Тело так и не перестроилось окончательно, по прежнему в нём не очень удобно. Однако это позволило получить мне чуть больше времени. Я превратился впервые в этом теле в восемнадцать лет, а мог в десять.
Воцарилась тишина. Его пальцы путались в моих волосах, а я довольно жмурилась.
Собравши себя в кулак, я задала главный вопрос:
— Почему во мне нет личинок?
Сиар криво улыбнулся.
— А хотела бы?
— Нет, — я скривилась. Даже думать тошно.
— Червь не распыляет их просто по факту своего существования. Мы выпускаем потомство с определённой целью, а я не стану тобой рисковать. Потому их нет.
— А у личинок есть какие-то функции кроме размножения?
— Они кормят нас энергией магии и жизни существ. Некоторые черви используют личинки для разведки, через них можно чувствовать то же, что и сосуд. Мы способны контролировать их рост до тех пор, пока они не становятся полноценными червями.
— Я об этом не знала... — прошептала.
— Людям не доступно и десяти процентов информации о нас. Иначе выживаемость червей бы снизилась.
— Понимаю...
Вы проговорили несколько часов. Я не заметила, как уснула в его руках, лишь запомнила нежные прикосновения и окутывающую, словно кокон, давящую ауру.
Ни кошмаров, ни обычных снов не было, чему я бесконечно довольна.
Глава 3.2
Черви любят обниматься. Это мне рассказывала ещё мама, посмеиваясь и предупреждая, что таким образом они передают личинки. Инстинкт выживания, проще говоря. Чем больше соприкасаешься с кем-либо, тем больше оставишь потомства.
В объятиях Сиара было спокойно, тепло и пахло чем-то пряным. Я завозилась, устраиваясь поудобнее, чем вызвала недовольное шипение. Меня прижали к себе ещё плотнее.
— Я никуда не ухожу, — успокоила его, снова закрывая глаза.
Татуировка странно покалывала. Хм... я сконцентрировалась на ней и попыталась понять, в чем же дело. И меня тут же оглушило видением.
«Мрачные, каменные катакомбы. На языке стойкий привкус гниения и чего-то, напоминающего давящий на мозг запах табака. Повсюду камеры. Камеры, камеры, нескончаемые "ячейки" в стенах. Смрад не казался невыносимым, в принципе он был даже терпимым и самым что ни на есть обыкновенным.
Чуть хуже чем в лагерях смерти, чуть лучше Первого воспоминания.
На стенах и полу засохла и разложилась чья-то кровь, куски плоти. Отовсюду слышны стоны и крики боли, молитвы, чьи-то безумные вопли. Неудивительно, ведь в адских катакомбах так легко сойти с ума.
Я иду, ориентируясь на вкус ауры Кесс. Она казалось глотком свежего воздуха в этом заплесневевшем царстве тьмы. Вкус холодного, с нотками кислинки лимонного напитка... однако, сейчас её аура стала абсолютно кислой, что означало только одно — ей невыносимо больно.
Сделав ещё пару шагов, я остановился как вкопанный. В одной из камер подвесили на цепях мою Кассандру. От цепей ощутимо разит серой и чём-то изрядно вонючим. На руках виднеются кости, пол залит кровью. Ей крамсали плоть наживую.
Одежда порвана, волосы превратились в клочки неясного происхождения. Глаза... Боги, ей не вырвали глаза. И не изнасиловали.
Хорошо, что она давно потеряла сознание. Плохо, что ей больно даже так.
— Свершилось явление великого червя дохнущему народцу! — Ехидно прокомментировал мелкий демон с мелкими рогами и удивительной способностью загадить ещё больше твоё состояние, каким бы паршивым оно не было до этого.
— Молчи, низший, — сморщился я, отвесив ему неслабый подзатыльник.
— Моему господину приелась эта сучка, — сплюнув кровь, заявил демон. Ему пришлось подняться с пола и выглядел этот паскудник словно оборванец, извалявшийся в параше. Собственно, так оно и было. Место тут дерьмовое. — Он отдаст её тебе взамен на одну-у-у встречу.
Я схватил демона за шиворот и поднял над полом. Тот нагло ухмылялся.
— Знаешь, в чем мы с твоим хозяином солидарны? Тебя стоит поучить манерам и уважению к старшим, — с этими словами я швырнул его в бесконечный коридор.
— Я все равно тебе нужен, червь! — Закричал поганец из темноты, но я его уже не слушал.»
Я вынырнула из видения.
— Истра, что ты видела? — На меня внимательно смотрел проснувшийся Сиар, в его глазах я видела раздражённое нетерпение.
Пришлось пересказать все дословно. Я никак не ожидала, что он в тот же миг сорвётся с места и куда-то убежит.