Глава 6 Саша
Пока бежал, крикнул охраннику чтоб вызвал скорую. Она явна не в порядке. Стресс это не шутка. Но то что было дальше. Блять, нет. Нет. Только не она. Удар. Соня отлетает к дереву. Спиной. Нет. Нет. Нет. Только не это. - Соня, милая как ты? - Я не чувствую ног, Саш. Блять, только не это. Не поступай так с ней. Пожалуйста. Все что-то кричали. Я не слышал. Я смотрел на своего ангела и плакал. Она смотрела на меня, словно пыталась запомнить. Как тогда в аэропорту пять лет назад. Ее рука вытерла мои слезы. Словно собрали их в хрустальный сосуд. - Не плачь, Саш. Это мое наказание. Ты не виноват. Какое блять наказание? О чем ты милая? Она такая маленькая, беззащитная. Лежит на холодной земле, улыбается мне. Улыбается? Нет. Где же это скорая? - Не смей. Слышишь, не смей закрывать глаза. Любимая, пожалуйста. Следующие ее слова убили меня, навсегда. - Я больше не твоя любимая. Все? Это все? Слышу вой сирены. Вы опоздали. Опоздали. Подбегают врачи. Меня пытаются отодвинуть. Да куда уж им. Я не уйду. Не отпущу ее больше. - Отпустите. Прошу вас, отпустите ее. – кричи какая-то девушка. - Нет. Она не умрет. Слышите? Не умрет. - Вы нам мешает. Если вы не отойдете она может умереть. Вы слышите? У него шок. Ее мама смотрит на меня. Сейчас в ее глазах нет ненависти ко мне. Есть только боль и страх за своего ребенка. Она медленно подошла ко мне. Прикоснулась к моей руке, к той что я держал ее дочь. - Отпусти сынок. Отпусти ее. Дай врачам ей помочь. Только после ее слов отпускаю мою девочку. Ее осматривают. Говорят что сердце бьётся, но слишком слабо. Кладут на носилки и увозят в больницу. Срываюсь с места. Я должен догнать. Не оставлю ее одну. Буду рядом. Денис что-то мне говорит. - Приди в себя, друг. Ты не можешь ехать за рулём в таком состоянии. - Отвали. Я поеду за ней. Ясно тебе. - Ясно. Только давай я сяду за руль. – Ден прав. У меня руки трясутся. - Нет. – это говорит мама моей девочки. – Ты много выпил, Денис. Тебе тоже нельзя за руль. Она смотрит на меня. Женщина которой я благодарен за жизнь любимой. Смотрит и молчит. Что же вы хотите увидеть, мама? Мама? Как легко мне называть чужую женщину мамой. Почему чужую? Родная. Нет, чужая. Не простит. - Я поеду с Сашей. Все замерли. Неожиданно. - Оля, ты уверена? - Да. Я надеюсь, что вы Александр, не будете гнать. И мы доедем в целости и сохранности. - Обещаю. - Не обещайте. Моя дочь этого не любит. - Знаю. Поэтому и обещаю. Я в состоянии сдержать данное обещание. - Хорошо. Едем тогда. - Едем. Ехали мы молча. А что говорить. Мама плачем и молится. Я слежу за дорогой. Нарушать данное обещание не хочу. Поэтому и контролирую каждое свое движение. До больницы доезжаем за полчаса, хотя я мог бы доехать за десять минут. Но это не важно. Все уже здесь. И меня это бесит. Подбегаю к Денису. - Ну что, какие новости? Мама стоит рядом. Это придает сил. - Пока никаких. Сказали ждать. Идёт операция. Ждать. Это самое хреновое. Долблю стену кулаком. Кровь остаётся отпечатком на стене. Смотрю на маму Олю, она медленно начинает оседать. Плохо. Подбегаю к ней, беру ее на руки. - Ден, найди врача. Живо. Хорошо что здесь есть что-то вроде лавочки. Кладу на нее женщину. Снимаю с себя пиджак, кладу под голову. Где Ден, где врач? Возле нас крутится хозяйка ресторана. Как я понял и Соня и ее мама там работают. - Что тут случилось? – подбегает взволнованная медсестра. - Моей сестре стало плохо. – отвечает Наталья. Сестре? Значит эта тетя Сони. Такая молодая. Ну да ладно. А я ведь ничего не знаю о девушке, которую люблю. - Вы меня слышите? - Что простите? – смотрю на мед. сестру. - Отойдите. - Да конечно. Извините. Задумался. - Раньше надо было думать. Сейчас уже поздно. – а эта тетя бойкая женщина. - Наташа, перестать. - А разве я не права? Зачем ты вернулся? Зачем? У нее все было хорошо. Слышишь. Хорошо. Она жила. А сейчас? Смотри в этом виноват ты. Ты. - Сестра, перестань. - Не перестану. Не перестану. Ненавижу тебя. Знай это. Никогда не прощу и не забуду. Она второй раз из-за тебя в таком состояние. Два месяца. Слышишь меня. Два месяца она была в коме. Мы боролись за ее жизнь. Надежды не было. Никакой. А ты знаешь что с ней было потом? Не знаешь. А знаешь почему? Потому что тебя не было рядом. Ты бросил ее. Ещё посмел обвинить во всем. Эти деньги. Я засуну их тебе в рот и заставлю сожрать. Но самое страшное для нее было то, что она потеряла своего… - Наташа замолчи. – закричала мама Оля. Что она хотела сказать? Зачем вы ее остановили? Что было самым страшным? - Тебе его жалка, сестра? Его? - Мне сейчас все равно на вас на всех. – тихо говорит мама Оля - Для меня главное чтоб моя дочь была в порядке. Жива и здорова. Поэтому либо вы все заткнетесь либо уходите. Все замолчали. Сели в разных углах. Мы словно на казни, ждём приговора. Так оно и есть. Почему так долго? - Долго. Слишком долго. – шепчу сам себе. - Успокойся брат. Всего 40 минут прошло. - Мне показалось что целая вечность. - Не удивительно. Столько сказано было. Это что, все правда? - Не знаю. Не думаю что она будет врать. - Что думаешь делать? – спрашивает меня друг. - Не знаю брат. Сейчас главное чтоб с Соней все было хорошо. А в остальном разберёмся потом. - И то верно. Ещё через минут десять вышел врач. Мне страшно. - Константин Сергеевич, как Соня? - Ну что ж, операция прошла успешно. Позвоночник не повреждён, что очень удивительно. - Почему доктор? – не выдерживаю этого напряжение и спрашиваю слишком грубо. - Потому что весь удар пришелся на спину. Очень большая гематома. Операция задержалась, так как пострадала нога. Сломана большая берцовая кость, было три осколка. Мы, можно сказать, собирали кость заново. - Это опасно доктор? - Это долгое восстановление. Недели две она пробудет в больнице под наблюдением. Дальше будет видно. По сравнению что было в первый раз это пустяки. - Спасибо, вам, доктор. – мама Оля обнимает доктора, он даже опешил. - Не за что. Ее охраняет сам бог. - Нет. Это ее личный ангел хранитель. – говорит Наташа. - Да. Вы правы. Ну все, езжайте все домой. Соня проспит до утра. Так что вам тут делать нечего. - Доктор… - Домой, домой. Сегодня дежурю я, поэтому можете не беспокоиться. - Хорошо. Спасибо вам ещё раз. – хочу сказать что я остаюсь, но взгляд мамы меня останавливает. - Не за что. Раньше четырех не приходите. Все равно из реанимации я ее переведу в палату не раньше обеда. Она как раз примет лекарства, поспит, и в четыре милости просим. - Хорошо. До завтра. Слушая весь разговор, я понимаю что до завтра не дотяну. Надо что-то придумать. Но за меня все решила мама Оля. - Саша, вы не подвезете меня до дома? – значит будем говорить. - Конечно. Без проблем. - Ты что делаешь? Я сама тебя отвезу сестра. - Он все равно узнает где мы живём. – улыбаюсь, конечно узнаю. – Так что скрывать смысла нет. А я хочу с ним поговорить. - Поговорить? О чем сестра? О том, что он уничтожил жизнь твоей дочери? Об этом? Ну поговори, конечно поговори. Наталья подошла ко мне в плотную и тихо чтоб слышал только я, сказала. - Запомни. Если моя девочка будет страдать из-за тебя. Я глазом не моргну. Уничтожу всех кто её обид. Поверь мне у меня хватит на это сил и средств. Даже папочка тебе не поможет. Запомнил? Кивни если все понял. Кивнул словно в замедленной съёмки. Даже сказать ничего не смог. Это женщина сделает. Я даже не сомневаюсь. Мне она кажется очень знакомой. Это странно. Ладно об этом я подумаю позже. Сейчас главное это Соня. - Ну что, едем? – хотел открыть дверь но мне не позволили. – Давайте без этих джентельменских замашек. Не то настроение. Садитесь уже и поехали. - Хорошо. Мы ехали молча. Я ждал когда мама Оля начнет разговор. Странно, но я уже привык в мыслях называть ее мамой. - Вы хотели поговорить. – всё-таки не выдержал. - Я помню. Остановитесь здесь. - Вы можете обращаться ко мне ты. - Правда? Разрешаете? Спасибо. Красивые звёзды. Правда? - Звёзды? Вы серьезно? Там ваша дочь чуть не погибла сегодня, а вы говорите мне про звёзды. Я сорвался на крик. Зря конечно. Но нервы мои на пределе. - Заткнись. Это по твоей вине она снова чуть не погибла. Опять. В этот же день. 15 августа. Помнишь? Пять лет назад. Она стояла, стояла там и ждала твоего решения. Одна. А что сделал ты? Мама Оля срывается. Кричит. Не сдерживается. - Думаете мне было легко? – тоже начинаю кричать. – Да я душу оставил там с ней. Мне тоже было больно Смеётся. У нее похоже истерика. - Больно? Тебе было больно? Что ты знаешь о боли? Когда твоя девушка передала что ты сказал, что это Соня виновата в том что с тобой случилось. Она приняла это. Соня и так винила себя. Но когда ты передал ей конверт с деньгами. Она сломалась. Разбилась на осколки. Да так что не собрать. Ты действительно думал что мог откупится от нее. - Но она же взяла деньги? – шепчу уже понимаю что меня обманули. Подло обманули. - Взяла. Они до сих пор лежат в коробке со всеми подарками что ты ей успел подарить. Она носит лишь кулон, что ты подарил на ее день рождения. Сказала что это будет напоминанием о том, что никому нельзя верить. - Когда ее привезли в больницу – продолжила мама - я была уже там. Мне сказали что шансов нет. Что если она вернётся к нам, это будет чудом. Чудом, понимаешь. Ее спасали сутки. Сутки боролись за ее жизнь. Двенадцать раз ее сердце переставало биться. Потом кома. Два месяца ожидания. Два месяца слез и молитв. Потом ей стало хуже. Мы думали что это конец, но она вернулась к нам. Вернулась несмотря ни на что. Моя дочь, моя жизнь. Но ее ждала ещё одна боль. - Какая? – тихо спросил . - Какая? – вытирает слезы с лица мама Оля. - Возм