– Слышь… – толкнул его Лёня.
– Отстань! – огрызнулся Макар, потом требовательно заговорил с медичкой: – Бросай все и беги к нам, мы недалеко… Выживет твоя старушка, а здесь молодая женщина умирает…
– Слышь, – настойчивее толкнул его Лёня, Макар повернулся к нему и хотел послать очень далеко, но тот опередил: – Давай ко мне отвезем твою Алину. У меня дома и ванная есть, и градусник. Да и тепло…
Макар подхватил Алину на руки и помчался к машине, Лёня, прихватив его ботинки, едва поспевал за ним. Положив Алину на капот, Макар обшарил ее карманы, нашел ключи.
– За мной поезжай, – крикнул Лёня.
Паника сначала мешала сдвинуть автомобиль с места – глох мотор, Макар зверски чертыхался, но, наконец, поехал, петляя, как пьяный велосипедист.
У Лёни и дом кирпичный, и забор высокий, и генератор электричество гонит – свет в окнах горел не от свечи или керосинной лампы. А у его жены глаза из орбит вылезли, когда она увидела, что по ее коврам идет мужчина в носках и мокрых штанах, закатанных по колено, оставляя грязные следы. Да еще и женщину несет, с которой капает вода. Лёня указал Макару на диван, тот положил туда женщину и… кошмар!.. начал снимать с нее одежду. Жена зашипела мужу:
– Куда! Диван новый. Привел каких-то пьяниц…
– Закрой пасть, – ласково сказал ей Лёня. – Быстро набери ванну.
– Только не горячую, – сообразил Макар, стаскивая с Алины юбку. – Температура должна быть не выше температуры тела… ниже… я так думаю.
– Слышала? – обратился Лёня к жене. – Действуй.
– Чем я вам температуру измерю? – буркнула та, но поплелась в ванную.
– Локтем проверь, – крикнул ей вдогонку Лёня.
Макар раздел Алину догола, поднял на руки:
– Куда?
– Иди за мной, – сказал Лёня.
Теперь глаза жены чуть из глазниц не выпали: незнакомец внес абсолютно голую женщину и положил ее в ванну, а ее муж…
– Чё ты пялишься! – раскричалась она, ударив его полотенцем. – Чё пялишься, спрашиваю! Было б на что смотреть! Одни кости. А ну, пошел! Пошел отсюда!
– Да отвали ты! – беззлобно бросил Лёня. – Уж и посмотреть нельзя. Щас принесу согреватель.
Алина лежала трупом. Воды в ванну набралось немного, Макар зачерпывал воду пригоршнями и лил на грудь, плечи, лицо Алины. Потом заметил душевой рассекатель, стал поливать из него. Прибежал Лёня с бутылкой и полной рюмкой, которую протянул Макару.
– Что это? – опасливо спросил тот.
– Самогон. Не бойся, с водкой не сравнить – три перегонки, сорок пять градусов, чистый, как слеза младенца. Влей ей в рот для сосудов.
Макар разжал челюсти Алины, влил – никакой реакции, самогон потек по подбородку.
– Ты потряси ее за челюсть, чтоб внутрь полилось, – дал совет Лёня.
Не имея опыта реанимации, Макар поступил иначе: запрокинул голову Алины, влил в рот самогон. Она поперхнулась, закашлялась, правда очень слабо, однако что-то попало внутрь. В себя не пришла, а может, у нее не хватало сил открыть глаза. И все же это было хорошим признаком, но не гарантией, что Алина выживет.
В течение часа Макар понемногу подливал горячую воду, чтобы ее тело постепенно привыкало к теплу. И постоянно щупал пульс на шее, он становился чаще, но был слабым, порозовели щеки и губы. Озадачила Макара вспухшая часть между плечом и шей справа, как раз над ключицей. То ли Алина ударилась, то ли ее ударили – не мог определить. В ванную заглянул Лёня:
– Гришина жива, ее повезли в районную больницу…
– Допросили? – спросил Макар.
– Какой там! Она ж в отрубе.
Алину завернули в махровую простыню, Макар перенес ее на диван. Лёня дал ему согревающую мазь, наблюдая, как гость водит ладонями по телу Алины, предложил:
– Помочь? Вдвоем мы ее мигом… разотрем.
– Я те помогу! – оттолкнула его вторая половина. – Я те так помогу, что не обрадуешься. Уйди отсюда!
Жена Лёни приготовила теплую одежду и носки, насыпав внутрь сухой горчицы. Каждую вещь она прогревала над огнем газовой плиты, затем надевали ее на Алину – тельняшку, свитер, шерстяные гамаши, носки с горчицей, носки, вязанные вручную, платок. К концу процесса Алина открыла соловые глаза, попыталась пошевелить губами, Макар догадался, что она хочет спросить:
– Ты у друзей. Все хорошо, не трать силы.
Алина прикрыла веки, а он продолжал ее кутать, как кокон. Накрыли двумя одеялами, еще и обогреватель поставили рядом с диваном, после чего Макар просто рухнул на пол.