Выбрать главу

А тем временем Силаэль под руку с Рэлианом скользила по залу, направляясь прямиком к правителям, сбившимся в кучку и разговаривавших между собой. Вокруг них на небольшом расстоянии вились прехлебальники в пересмешку с большим количеством охранников. Весь свет мира Двух Светил в одном месте, хоть сейчас организовывай покушение.

Ну не дураки ли? А кто- додумайте сами.

-Вы пришли, Силаэль. Рад вас видеть. -Поприветствовал на правах хозяина Антанте. -Рэлиан. -Мужчина кивнул и тёмному.

Взгляд белоснежных глаз скрестился с императорскими. На Силаэль то и дело накатывали, словно волнами, эмоции, и вот в одни из таких моментов она смогла увидеть всю боль, которая плескалась в глубине глаз её собеседника. Печаль вперемешку с болью и усталостью.

Девушка сама и толком не поняла, зачем сделала следующее действие. Шагнув вперёд, она сказала, фокусируя взгляд на безутешном влюблённом:

-С ней все будет в порядке. Вы будете вместе, просто подождите.

Стоящие рядом правители ничего не поняли, даже Рэлиан удивленно взирал на девушку, а потом и вовсе притянул её к себе обратно, но зато Антанте все понял. Понял и слегка расслабился.

-Спасибо. -Поблагодарил он.

-Силаэль, вы сегодня так прекрасны. Невозможно от вас взгляд оторвать, да, сын? -Заговорившего еще одного мужчину девушка узнала. Не столько по лицу, сколько по слабому надрывному скрипучему голосу.

По правую сторону от Антанте стоял скорее старец, чем мужчина. Иссохшееся лицо, бледное и покрытое около губ язвами. Водянистые глаза, когда-то бывшие ярко карими, с желтоватым отливом. Поблекшие волосы, собранные в хвост, какого-то серого цвета. Этот мужчина определённо чем-то болел, и эта болезнь сделал из когда молодого сильного правителя, ровесника Антанте, немощного старика с добрыми глазами и такой же улыбкой. Он ещё не утратил жажду к жизни, но, казалось, смирился со своей участью и доживал последние годы… недели, дни?

-Да. -Пока Силаэль разгадывала правителя Империи Крови, буркнул стоящий рядом с отцом злющий Вазас.

Ох, и источал же он в данный момент недовольство, а периодически ещё яростно поглядывал на Рэлиана. -Красивая.

-И вправду красотка, прям нереальная. Брат, не молчи, скажи же, что оценил или ты просто дар речи потерял, а? -А вот и Нимия, хитрая и нереально довольная.

Возможно из-за того, что рядом с ней стоял Уривил, который, кстати, кивнул и улыбнулся Силаэль, когда та пересеклась с ней взглядом.

Мужчина пытался выглядеть как обычно, но что-то его тревожило, именно поэтому он изменил своим принципам и почему-то ошивался рядом с Нимией.

-Ты же истинный ценитель женской красоты, не одной...-Продолжала тем временем Нимия, подмигивая Силаэль.

-Прекрати, Нимия. -Прервал её хмурый брат, а потом, переведя взгляд, скупо улыбнулся Силаэль и обронил. -Здравствуйте.

Ну просто нереально многослойный парень. А ещё общительный. Сразу видно, душа компании.

-Здрасте. -Брякнула Силаэль, опять подвластная своим чувствам.

Столь большое количество внимание ей не нравилось и даже нервировало. А ещё рука Рэлиана на талии, она сбивала с толку.

-Можно спросить, узоры на теле, откуда они? -Заговорил Антанте.

-Ой, Ан, давай не будем сразу девочку мучить, все-таки этот праздник для неё, а она даже ни разу ещё не танцевала, давай отпусти её пока? -Вклинился правитель Империи Крови.

-Но...-Открыл было рот Вазас, но одного взгляда отца хватило, чтобы тот замолк.

-Ладно. -Кивнул Антанте. -Иди, Силаэль. Потанцуй, развлекись, насладись вечером, а позже ответишь на главный вопрос.

-Пойдём. –Кажется, больше всех обрадовался Рэлиан и с удовольствием утащил Силаэль в центр зала.

Все шло чётко по плану мужчины. Каждый играли нужные роли.

Силаэль покорной куклой последовала в центр зала, хотя ей и хотелось рвать и метать все в данный момент.

Заиграла медленная красивая музыка. Все танцующие расступились, уступая место паре из светлой магичке и тёмного.

Завораживающее зрелище, больше похожее на таинство двух влюблённых. Силаэль и Рэлиан не танцевали, они любили друг друга в этом танце, отдавали всего себя, без остатка. Сильный мужчина закручивал хрупкую девушку, прижимая к себе и не разу не отпускал ее от себя больше чем на пару сантиметров.