— Думаешь, нам стоит уходить? — нарушил тишину Антон, застывшим взглядом осматривая мини-копию Лабиринта. Арсений вздохнул. Вполне закономерный вопрос, именно его он и ожидал. Вот только что отвечать? Он и сам не был уверен в принятом решении, однако выбора не было.
— Думаю, особо выбора у нас нет, — озвучил Арсений свои мысли. Антон вздохнул, и оторвал взгляд от стола.
Они упорно обходили в разговоре тему поцелуя, того неловкого поцелуя, случившегося в каморке Строителей. Арсений не знал, что сказать, как объяснить случившееся, ведь в тот момент он думал, что пережить ночь ему не удастся. Просто хотелось попробовать, каково это — ощущать Антона своим, пусть и на жалкую пару минут. Попробовал. Это было настолько фантастически приятно, что Арсению хотелось ощущать такое всю свою жизнь, сколько бы та не продлилась.
Вот только хочет ли того же Антон?
Спросить Арсений не осмелился бы — лучше пусть Антон спишет это на состояние аффекта, адреналин или еще что, но не отвернется от Арсения из-за его противоречивых чувств. Может Антону противно такое? Они никогда не обсуждали тему отношений, просто не до того было. Да и кто такое обсуждает? Друзья — да, но друзьями они не были. Возможно, если бы жизнь в Глэйде не покатилась под откос, то через полгода они бы притерлись к друг другу, завязали дружеские отношения, но тот шанс был упущен. Вместо дружбы — ненормальная, противоестественная, практически болезненная привязанность. Как быть Арсений попросту не знал.
— Если мы хотим уйти, то стоит двинуться к воротам. Время поджимает, — негромко сказал Антон. Арсений с трудом вырвался из собственных мыслей, и кивнул парню.
У ворот собралась большая часть выживших Глэйдеров — человек десять. Дима, Фрайпан, Уинстон, Ньют, Томас с девчонкой — надо все-таки узнать ее имя — друг Антона, парень с забавной прической, Клинт и Джефф, шепчущиеся о чем-то своем, и Чак. «Удивительно, как он выжил», — пронеслось в голове Арсения, когда они подошли.
Дима кивнул ему, и окинул Глэйд прощальным взглядом. Кучка остальных выживших во главе с Галли стояла поодаль, где-то около сгоревших навесов. Их осталось семеро, и если они собирались здесь жить, то придется очень постараться. Пока они с Антоном шли сюда, видели трупы многих Глэйдеров, обезображенных гриверами, и Арсений с трудом представлял, как тяжело будет хоронить их. Они несколько лет жили вместе с этими парнями, и видеть их истерзанными было за грань сил Арсения. Он был рад тому, что уходит.
— Все здесь? — коротко спросил Дима, окидывая взглядом небольшую кучку Глэйдеров. — Томас, ключ у тебя? — парень кивнул, и Дима удовлетворенно вздохнул. — Тогда выходим. Арс, — Арсений вскинулся, глядя на друга, — ты впереди.
И они покинули стены Глэйда. Теперь уже навсегда.
========== Часть 10 ==========
Когда они покинули Глэйд, утро лишь начинало загораться за высокими стенами; сейчас они только переступили рубеж внешних секторов в седьмой зоне, а солнце уже вовсю припекало над их головами, заставляя обливаться потом. Потакая прихоти большинства — Арсений и Антон, относились к меньшинству, которое было привычно к таким броскам, Дима и Ньют находились где-то посередине, Томас тоже неплохо держался — они останавливались передохнуть раза три точно. Сложнее всего было Чаку — в силу возраста и комплекции — а так же довольно тучному Фрайпану, на котором сказалась его работа в Глэйде.
Антон чувствовал себя вполне бодро, хотя он и ожидал того, что после яда гривера останутся какие-нибудь побочные эффекты, однако кроме частично вернувшейся памяти ничего странного или необычного он пока что не заметил, и это было огромной удачей. Что-то подсказывало Антону, что его не потащили бы на руках, если бы, скажем, нога, которая пострадала от яда сильнее всего, вдруг перестала бы двигаться. Видимо, ПОРОК все же сумел доработать свое лекарство, или же это результат того, что Антон являлся иммуном, и яд попросту не сработал в полную силу?
Подумать над этим более тщательно ему не дал сигнал остановиться, последовавший с начала колонны. Антон бежал в самом конце, следя за тем, чтобы никто не отстал и не потерялся — из присутствующих в Лабиринте лучше всего ориентировались они с Арсением, поскольку в бытность Ньюта Бегуном не были еще исследованы внешние секторы. Остальные же либо не выходили за ворота Глэйда до сегодняшнего дня, либо делали это от силы два-три раза.
Они как раз прошли Лезвия, и сейчас находились рядом с проходом, который вел к логову гриверов — а в том, что это было именно логово гриверов, сомневаться не приходилось, поскольку пара этих тварей, изрядно потрепанных, стуча металлическими клешнями по полу, ходили по узкому мосту, упирающемуся в стену. Антон прошел вперед, и внимательно вслушался в тихий спор, разгоревшийся между Арсением и Димой.
— Надо идти всем вместе, — жарким шепотом утверждал Дима, явно пытаясь не привлекать внимания. Страж Бегунов поджал губы, всем своим видом показывая, как не согласен с подобным решением, и неожиданно дернул Антона за плечо, подтягивая ближе.
— Пойду я, Антон, Ньют и Томас, — Арсений кивнул на стоявших немного поодаль парней, и поудобнее перехватил рукоятку мачете, захваченного из Глэйда. — Мы столкнем гриверов вниз, в пропасть, и откроем дверь, а потом придешь ты и остальные.
— Идем вместе, — продолжал упорствовать Дима, — если вы не справитесь, умрете и потеряете ключ, то мы даже не сможем вернуться обратно в Глэйд, поскольку Лабиринта никто не знает так, как ты, Арс. Случись такое — обречены все, и поэтому мы идем вместе.
— Думаю, нам действительно стоит пойти всем вместе, — пожал плечами Ньют, переводя взгляд с одного парня на другого, — не факт, что вчетвером мы справимся с двумя гриверами.
— Черт с вами, — раздраженно отмахнулся Арсений, отходя к проходу внутрь логова, — делайте, как хотите.
Антон подошел к нему, вставая рядом, и позволил себе на секунду коснуться пальцами чужой ладони в неловком подбадривающем жесте. Дима коротко объяснил план действий остальным Глэйдерам, отдал ключ Чаку, велев ему открывать дверь, и отдал команду выдвигаться. Перед тем, как ворваться в проход, Антон почувствовал на своем запястье слегка влажные от пота пальцы Арсения, возвращавшие ему поддержку.
***
Двух гриверов, стороживших вход, они смели в пропасть буквально за несколько секунд. Чак бросился к стене, являвшейся одновременно и дверью, вместе с ключом, и стоило только тяжелому камню приподняться вверх на пару сантиметров, как из-под моста показались еще гриверы. Антон не успел даже сосчитать, сколько их, как те бросились в атаку.
Глэйдеры ответили, с отчаянным криком рванув вперед, и Антон понесся следом, до побелевших костяшек пальцев сжимая в руке мачете. Кровь в одно мгновение прилила к голове, отчаянно стуча в висках и заглушая собой остальной шум; Антон на автомате дернул рукой вверх, рассекая отвратительную морду гривера на две неравные части. Того это не убило, лишь разозлило и обезобразило еще сильнее, и, поливая мутной слизью пол, гривер вновь кинулся на Антона. Пришедший на помощь Клинт был как нельзя кстати; вместе, им удалось скинуть гривера вниз.
Отчаянный вскрик эхом разнесся над остальным шумом, и, обернувшись, Антон увидел, как кроссовки Джеффа, да и сам Джефф вместе с ними, исчезают в пропасти. На мгновение все замерли, пораженно смотря туда, и даже гриверы почему-то прекратили нападать. Судорожный всхлип Клинта раздался как сигнал к битве, и вновь бросаясь в атаку, Антон заметил скапливающиеся в его глазах слезы. Он давно подозревал, что между Медаками что-то большее, чем просто работа вместе, и опустошенный взгляд Клинта напомнил ему о том, что и Антону есть, кого терять.