— Хозяин? — Румпель всмотрелся в ее глаза, в поисках подвоха или лжи, но увидел там лишь страх и смятение. — Значит, я могу тебе приказать все что угодно и ты выполнишь это? — поморщившись, Темная кивнула.
Едва он открыл рот, Эмма перебила его.
— Кроме уже заключенных сделок. Нарушение их может повлечь за собой много проблем. Это условие магии, не мое, — Румпель медленно кивнул, давая понять, что не будет возвращать своего сына. Но соблазн был так велик. Хотелось попробовать, на что способен кинжал. Сила опьяняла и дурманила рассудок, только ее глаза и нервно теребящие подол жилета руки, отрезвляли его.
— Что ж. Начнем сначала, Эмма. Зачем ты меня поцеловала? — взгляд Темной в панике забегал, а она тщательно стала подбирать слова. Промолчать, как хотелось бы, ей кинжал точно не позволит.
— Я... хотела кое-что проверить. Это был эксперимент.
— Это я понял. Почему эксперимент оказался неудачным? — Рупельштильцхен напряженно замер, ожидая слов о том, что он не привлекает ее, что он ужасен и противен ей. Но сложенные домиком брови и измученный взгляд говорили ему о другой проблеме.
— Я думала... Проклятие спало на время и я подумала, что это случилось из-за поцелуя, — мужчина ободряюще кивнул, но в голове было еще столько вопросов, что он не мог остановиться на каком-то одном.
— Почему именно из-за поцелуя проклятие могло исчезнуть?
— Пожалуйста, не надо... — Эмма попыталась сопротивляться приказу, но на это лишь безнадежно уходили силы. Что-то в Румпельштильцхене перемкнуло, когда он увидел ее затравленный взгляд. Она действительно боялась ответа на этот вопрос, и ему по-настоящему стало жаль ее.
— Хорошо, — он кивнул в подтверждении своих слов. Видя, как Эмма облегченно вздохнула, а плечи ее расслабились, Румпель положил руку с кинжалом на стол, тем самым поддерживая себя.
Темная выжидающе, ожидая нового приказа, терпеливо ждала, когда мужчина перестанет ее изучать. Картинки ужасного прошлого вновь стали появляться перед глазами, напоминая, что мужчина может принести только боль и ничего более. Особенно тогда, когда в его руках все ее могущество.
Кто-то, словно натянув невидимые нити подтолкнул Темную к мужчине. Девушка, потрясенно смотря на Румпеля, сделала несколько шагов и остановилась в полушаге от него.
— Что ты делаешь? — хрипло спросила Темная, непонимающе хмурясь. Мужчина вздрогнул, словно очнувшись от собственных мыслей и удивленно посмотрел на Темную, затем на кинжал.
— О... я... Оказывается он умеет читать мысли, — смущенно пробормотал Румпель. — А если... — он замолк, но руки Эммы, не подчиняясь ей, мягко легли на его плечи.
— Румпель! — ее взгляд забегал по его лицу, а единственное, что она смогла сделать, так это сжать ладони в кулак.
— Ммм? — он забавлялся ситуацией, впервые чувствуя над ней преимущество со всех сторон.
— Прекрати, прошу.
— Не могу, это не настоящие объятия, так что... — он не договорил, но невидимые силы кинжала подтолкнули девушку на шаг ближе, а руки сами обвились вокруг его плеч.
— Ч-что ты делаешь? — она вновь задала свой вопрос, голос предательски дрожали. Румпель видел, насколько сейчас она выглядела беспомощной и испуганной. Он поймал ее взгляд, улыбнувшись уголками губ. Руки осторожно, невесомо легли на талию. Кончиками пальцев, Румпель почувствовал, как наткнулся на несколько железных шипов, торчащих из жилета в разные стороны.
Усмехнувшись про себя, прядильщик отметил, что она всегда будет такой же колючей, как ее жилет.
— Просто... — мужчина нервно провел языком по пересохшим губам. — Я подумал, что нам стоит повторить... — взгляд карих глаз остановился на ее губах и мужчина наклонился ближе к ней. — Эксперимент.
Ее сердце выпрыгивало из груди, девушка не понимала, что происходит. Она чувствовала себя заложником кинжала и была в смятении от того, что сама, ведомая силой кинжала, сократила расстояние между ними. Зажмурившись, Эмма ожидала боли, издевательского смеха, нового приказа, но почувствовала лишь горячие, нежные губы. Поцелуй был мягким и не настойчивым. Страхи развеялись уступая щемящей нежности, заполнившей ее сердце и ощущению безопасности. Эмма почувствовала, как тепло стало разливаться по ее телу. Хотелось продлить поцелуй, но мужчина отстранился, завороженно и с восхищением смотря на девушку.
— Ч-что? — она облизнула губы, непонимающе смотря на него.
— Твои глаза снова зеленые, травяные, — улыбнулся он, рассматривая Эмму, как диковинку. Отстранившись от него Эмма снова, с тем же удивлением, как и в ту ночь, стала рассматривать свои руки. Рельеф пропал до кончиков пальцев, а затем вновь стал появляться. Захотелось нервно рассмеяться от осознания того, как она глупо сейчас выглядит, но другая мысль, которую она боялась принять, вновь напомнила о себе. Поцелуй Истинной Любви. Он — ее половинка.
— Не такой уж и неудачный, правда? — тихо спросил он, смущенно пряча глаза.
«Еще и смущается!»
— Ты заставил меня! — рыкнула она, не понимая откуда взялась эта злость, и досадливо ударила его в плечо.
— Нет, — все так же глупо улыбаясь, Румпель отрицательно качнул головой. — Мои руки были... не на кинжале.
Опустив взгляд ниже, Эмма только сейчас осознала, что он до сих пор держал свои руки на ее талии. Отскочив от него на шаг, девушка потрясенно посмотрела на кинжал, а затем вновь на него. Он развел ее! Она сама поцеловала его, и она хотела этого.
— Ты... — она обвиняюще ткнула в него пальцем, но мужчина лишь пожал плечами.
— Ты, — повторил он, Эмма поблагодарила его лишь за то, что он сейчас не улыбался. Иначе быть беде. Только... только магии вновь не было. С досадой зашипев, Эмма постаралась убить мужчину взглядом.
— Тогда какого черта оно не сработало утром?!
«Только если я была пьяна...»
— Ты сейчас о чем думал? — уголок его губ поднялся в насмешливой улыбке, и мужчина выгнул одну бровь, всем видом показывая, о чем и о ком он мог сейчас думать. Эмма зарычала. — Прекрати! Хватит! А утром о чем?!
— О том, что от тебя несло перегаром, — обвиняюще сказал он, и Эмма смутилась. Слова не находились, и между ними повисло тягостное молчание. Хотелось исчезнуть, но магия еще не вернулась к ней. Поразмыслив мгновение, мужчина подтолкнул к Темной ее кинжал.
— Возьми, он мне не нужен, — девушка осторожно взяла кинжал, повертев его в руках, удивленно взглянув на прядильщика. — Ты сама себе хозяйка, — он обернулся, потянувшись к посоху.
— Где твой посох? — опомнилась девушка.
— Сломан, — с ноткой грусти отозвался мужчина. Когда он обернулся, ее уже не было.
====== Глава 42. ======
Единственным, кто комфортно себя чувствовал во всей этой ситуации, Эмма была уверена, был Румпельштильцхен. Эксперимент провел, ее поцеловал, сделав вид, что только ей это и нужно было, узнал ее тайну, еще и воспользовался ею. Просто замечательный день для новых открытий. Как только магия восстановится, она обязательно исчезнет на некоторое время из замка, казалось, что стены стали давить, а в замке было тяжело дышать. Едва первые искры магии сорвались с кончиков ее пальцев, Эмма исчезла, растворившись в бледно-сиреневом дыме.
На утро девушка обнаружила оранжевую розу, одиноко лежащую на тумбочке у изголовья ее кровати. Эмма нахмурилась: эти дни ее настолько вымотали, что девушка даже не слышала шагов Румпеля. Аромат меда с горчащими нотками цитруса пленил, вынуждая захватить цветок с собой, а не оставлять его в одиночестве. Задумчиво спустившись в зал и гадая, что на этот раз Румпель имел в виду, Эмма не сразу услышала доносившиеся из зала голоса. Первый голос был несомненно прядильщика, нетерпеливый и эмоциональный. Второй, Эмма прислушалась и едва не рассмеялась, второй голос принадлежал Ворчуну. Они вновь что-то не поделили.
- А я тебе еще раз повторяю, ты возьмешь этот свиток в свой кривой клюв и доставишь его Бэю!
- Хозяйка запретила мне покидать замок!
- Абсурд! Будь добр, забери эту бумагу и выполни свои обязанности или, я Мерлином клянусь, твой клюв будет сломан, — зарычал Румпель, стукнув посохом о пол. Ворон насмешливо каркнул и захлопал крыльями.