- Идём, пацан, - говорит он Мите, беря его за руку, - а ты ложись, - летит уже мне.
Смотрю на то, как чужой человек выводит моего ребёнка и закрывает за собой дверь, а в голове кружатся его слова «…сам гнида в могиле одной ногой, и вас за собой тащит». Понимание того, что я ничего не могу сделать, накрывает меня волной холодной воды. Тело подрагивает, такое со мной бывает при высокой температуре, вот только с чего она поднялась, мне не понятно.
Как бы не рвалась я в след за сыном, делаю так, как приказал мужчина. Ложусь обратно и, ухватив край покрывала, укутываю себя чуть ли не с головой. Мне холодно, чувствую ломоту в теле. Сердце сжимается от страха за Митю, за Вову и за саму себя. Что эти люди сделают с нами? Что будет, если Вова не придёт нас забирать? Нет! Трясу головой. Он обязательно придёт за нами, он спасёт нас. Гоню мысли о предательстве мужа как можно дальше.
Вова не виноват, он не совершал того, что вешает на него тот мужчина. Друг?! Тогда почему я не видела его ни разу? Меня обманули, этот мужчина всё соврал!
Дверь открылась, а следом и мои глаза. В дверном проходе стоял мужчина, что назвался «другом» Вовы, мужчина, что оклеветал моего мужа и похитил нас с Митей.
Он сканирует меня голодным взглядом и неспешно начинает двигаться в мою сторону. Чем ближе он подходит, тем дальше я начинаю отодвигаться назад. Мне не нравится его походка, она напоминает грацию хищника, от этого мужчины за версту несёт силой и властью, а ещё опасностью, вот она и заставляет меня отступать.
- Ещё движение и разобьёшь своё голову, свалившись с кровати, - произносит мужчина, останавливаясь с одного края постели.
Не отводя глаз от мужчины, рукой проверяю, сколько мне осталось до края, и, как оказалось, я уже на нём, и этот незнакомец прав, ещё движение, и я упаду, а высота кровати примерно метр.
- Верните мне моего сына и отпустите нас, пожалуйста, - предпринимаю попытку уговорить этого человека, - ни я, ни мой сын вам ничего не сделали плохого, - про Вовку молчу, потому как боюсь упоминать имя мужа.
- Я отпущу вас, - кивает головой, а я подрываюсь, не веря в услышанное, меня вмиг затопляет радость, но следом она исчезает, словно и не было её, - как только твой муж вернёт то, что украл, - припечатывает меня обратно к постели своими словами.
- Тогда верните сына, его забрал…
- Сначала тебя осмотрит врач, скажет, что с тобой, и, если ты не опасна для ребёнка, он вернётся к тебе сразу...
- Я не опасна для своего ребёнка, это вы для нас опасны! – хриплым голосом перебиваю мужчину и запоздало вспоминаю его предупреждение «никогда не перебивать».
Смотрю на него и сжимаюсь внутренне, глаза мужчины темнеют, сделав глубокий вдох, он оскаливается и резко подаётся вперёд. Вскрикиваю и дёргаюсь назад, готовлюсь встретиться с полом, но неожиданно зависаю в воздухе, ощущая горячие руки на своём теле.
Рывок, и я вновь оказываюсь на кровати, мужчина, что смог поймать меня, стоит на коленях на постели, возвышаясь надо мной. Одна его рука находится на подушке около моей головы, а вот вторая сжимает моё бедро.
- Отпустите, - пищу испуганно, упираюсь в его грудь руками.
Он ничего не говорит, лишь пристально смотрит в глаза. Выражение лица суровое. От его вида начинаю дрожать. Страх медленно подкрадывается, обволакивая и заставляя чувствовать себя такой маленькой и беззащитной. Я словно в клетке. Только вот клетка эта состоит из его железной хватки.
В повисшей тишине раздаётся звук открытия двери, он звучит настолько громко, что я вздрагиваю всем телом, а мужчина, что нависает надо мной, крепче сжимает пальцы на моём бедре, после чего резко выпрямляется и ловко спрыгивает с кровати, поворачиваясь ко мне спиной.
- Осмотри, у неё явно жар, - звучит приказ.
Молодой парень, приближаясь к кровати, хмуро рассматривает меня с ног до головы, бросает быстрый взгляд на хозяина дома, кивает ему и подходит ко мне ближе, ставит медицинский чемоданчик на прикроватную тумбу, открывает его и достаёт стетоскоп.
А дальше начинается изучение моего организма, меня заставили снять кофту и сидеть в одном лифчике перед двумя незнакомыми мужчинами, один из которых проник в наш дом. И если молодой парень действовал как настоящий профессионал и не заострял внимания на моём теле, то наш с Митей похититель просто прожигал во мне огромную дыру своими холодными глазами.
Меня осматривали больше пятнадцати минут, за это время я трижды принимала положение лёжа, так как перед глазами темнело, голова кружилась ещё сильнее, а тошнота накатывала волнами.