На этот раз поводом послужил Филипп, с жаром, доказывающий Майклу о пользе для всего коллектива проекта, если они, в этот вечер, проведут что-то типа загородного пикника у стен Тауна. Мотивируя это тем, что даже потрясающие технологи, позволяющие не замечать «искусственности» во внутреннем обустройстве Таунов, никогда не заменят «стойкий психологический эффект», связанный с нахождение сотрудников на отрытом воздухе. А на саркастическое замечания Майкла, по поводу того, что только вчера Филипп лично доказывал ему, что современные технологии создают у «парников» полную иллюзию «открытого мира» и никак не могут привести к какому-либо психологическому дискомфорту, Филипп, с тем же жаром отвечал. Что парники, не могут хотеть того, чего уже не помнят, и их вариант «нормы» существенно отличается от «нормы» обычных людей. И, за исключением лиц, страдающих боязнью открытого пространства, для обычных людей норма – это нахождение вне помещения на максимально просматриваемом участке поверхности. Ссылаясь при этом на переданную нам по наследству от предков, необходимость контролировать как можно большее пространство вокруг. Для своей собственной безопасности.
Майкл, улыбаясь, поднял обе руки, в знак того, что аргумент, в их непрекращающейся «игре умов» засчитан. С момента их знакомства в рамках проекта, Филипп и Майкл, проводили все доступное им время в непрерывных словесных баталиях. Абсолютное не сходство темпераментов, в данном случае послужило скорее плюсом. Каждый из них, обладая несомненным аналитическим умом, зачастую, ввиду разных ценностных оценок и взглядов, делал совершенно противоположные выводы из одних и тех же фактов и событий. При этом стараясь использовать по максимуму все доступные аргументы в пользу своей версии. Майкл давно пришел к выводу, что в принципе, Филиппу был нужен скорее слушатель, чем оппонент в разговоре. Не имея возможности обсуждения со своими коллегами любых других вопросов, не связанных непосредственно с работой в проекте, в виду несовпадения их интересов, а возможно и гораздо более узкого, чем у Филиппа, кругозора, он «отрывался» на Майкле.