-Если я правильно понимаю, до уровня «пацаны, птичка» им еще далеко? Майкл снова улыбнулся.
Филипп, на секунду задумавшись, рассмеялся. – Абсолютно, верно. Но успехи есть.
В душе, он был очень рад смене темы разговора. Филипп никогда не мог даже предположить, что у Майкла столько неприятных эмоций связанно с его службой. – И кстати, зачем Вы все-таки ущипнули Юлю? Она вроде и так отдернула руку, когда Вы ей сказали, что это опасно.
Майкл перестал рассматривать шоу с участием кибов и удивленно посмотрел на Филиппа. – В смысле, зачем? И этот вопрос задаете мне Вы, дипломированный психолог?
- Вообще то мое направление в психологии — это образование устойчивых социальных групп, во всем диапазоне социума, от сект до исследовательских проектов. И тут, скорее, у вас стереотип, чем должен заниматься психолог. Майклу показалось, что Филипп даже расправил плечи, явно принимая вызов.
- Интересно. То есть, по Вашему мнению, узкий специалист не должен разбираться в элементарных вопросах? Даже тех, которые касаются собственного ребенка? Только сразу большая просьба, не использовать в ответе Ваши узкоспециализированные термины. Я всегда считал, что использование непонятных собеседнику слов, не является признаком ума оппонента, скорее наоборот, это попытка спрятаться за термины. Так сказать, продемонстрировать собеседнику степень его неосведомленности.
Майк с интересом наблюдал за выражением лица Филиппа. Полный решимости ответить в начале монолога, с каждым новым словом друга, он все более и более терялся, лишенный, новыми вводными своих излюбленных методов ведения научного спора.
- Хорошо. Давайте сначала послушаем Вашу точку зрения на этот вопрос, а потом отвечу я. Филипп демонстративно откинулся на стуле, держа в руках полную рюмку. – Сегодня тот редкий день, когда Вы, наконец-то захотели выговориться. И с моей стороны было бы глупо не воспользоваться этим моментом.
Майкл сделал вид, что аплодирует, держа в одной руке рюмку, а другой, хлопая по тыльной части руки. – Всегда приятно иметь дело с профессионалом. Филипп кивнул, с улыбкой принимая комплимент. Но я сделаю это только после Вас.
Майкл поразился изменениям, произошедшим с Филипом за несколько секунд. Несколько мгновений назад человек, которого абсолютное большинство считали душой компании, за умение веселиться настолько заразительно, даже шуткам над самим собой, вдруг, заговорил с интонациями, абсолютно диссонирующими всему ему обычному поведению.
- Я попытаюсь ответить на Ваш вопрос. Не уверен, что смогу доходчиво объяснить, но, во всяком случае, попытаюсь. Филипп даже как-то выпрямился на стуле. – В образе Фила я, неожиданно, нашел то, о чем мечтает в тайне каждый взрослый человек. Вернуться в детство. В беззаботное детство. А с парниками я реально в него впадаю. Я не менее их кричу, когда цели и задачи миссии допускают свободное общение. Вы не поверите, но даже там…Филипп сделал неопределённый жест, показывающий куда-то в сторону Тауна. – с ними, меня двое. Один, снисходительный взрослый, гасящий конфликты, иногда задающий вектор модели поведения своим подопечным и другой, причем гораздо чаще, чем первый, вместе с ними радующийся каждому новому открытию, будь то новые знания или владение кибом. Вот, например…
Филипп, сосредоточенно рассматривающий закуски на столе, неожиданно повернулся к Майклу. – Вы знаете, что такое запустить воздушного змея? Не дожидаясь ответа Майкла, который поразился наивности этого вопроса, Филипп продолжил. – я имею в виду их понимание. У них, это приделать к пойманной ядовитой змее крылья и заставить ее пролететь несколько десятков метров.
Увидев округлившиеся глаза Майкла, представившего себе «летящего» ядовитого гада, Филипп рассмеялся. – Не фантазируйте. Они же делают это с помощью кибов, им не страшны никакие укусы и яды…И, предвидя Ваш следующий вопрос, сразу отвечу - При этом, ни одно животное или насекомое не должно пострадать. Абсолютно. У парников настолько трепетное отношение к любому живому существу, что просто непостижимо. Всего несколько недель назад Глеб, вместе с Мари чуть не слезы лили, когда случайно раздавили скорпиона. У меня есть несколько теорий по этому поводу, но до конца все равно не понятен такой пиетет по отношению к любой, я подчеркиваю к любой букашке. Ту же змею, летящую по воздуху им нужно обязательно поймать в полете и бережно отпустить. Мне кажется… Филипп посмотрел на звездное небо. - Хотя возможно так и есть. Постоянное присутствие в миссиях и заданиях целей, связанной с поиском жизни на других планетах, каким-то образом сказало и на их восприятии земных форм. Единственное, что было замечено, они совершенно не воспринимаю за жизнь, нечто аморфное, не имеющее постоянной формы. Возможно, нужно будет обратить на это особое внимание.