- Фил, я тебя обожаю! Тонкий девичий голосок создал не некоторое время «квартет сумасшедших»
- Все больше не могу. Мари появилась на экране, «вплыв» откуда-то сбоку и потеснив Глеба. - Глебу хорошо. Он пристегнут. А я тут болтаюсь рядом, как сосиска в невесомости, и уже несколько раз головой приложилась. От хохота. Да ладно бы только головой. Мари, поджав ноги к груди, висела перед камерой, заливаясь смехом. - Так еще и попой «шандарахнулась». Вот здесь.
Закрутившись вокруг собственной оси, Мари попыталась продемонстрировать место, куда пришёлся удар, ткнув пальцем себе в ягодицу.
Видя такую непосредственность, Филипп смог только выдохнуть что-то типа «Господи, дети…» и откинулся на стуле, руками вытирая слезы. Майкл же просто согнулся пополам, опять задев что-то больной рукой. Теперь уже свою коленку.
В общем, квартет состоялся. Только дети на орбите просто веселились, а у Майкла с Филиппом приступ хохота грозил перерасти в истерику. Каждый следующий штрих только добавлял градус в это сумасшествие.
Звук разбившего стекла заставил смеющихся переключить свое внимание на его источник. И если Глеб и Мари все еще продолжали веселиться, видимо не услышав его, то Майкл, так же как Филипп почти мгновенно перестали смеяться. И оба рассматривали стоящую перед ними девушку, которая некоторое время назад перевязывала Майкла. По ее ногами лежали осколки пустой бутылки из-под физраствора.
- Извините, но мне показалось, что у вас почти истерика. И я решила… Медсестра, с чувством смущения и вины показала на пол. – Но, если вы...
— Вот видите, Филипп. А Вы про нее так сказали… Майкл, здоровой рукой вытирая слезы, пытался говорить членораздельно. – Спасибо огромное. Вы действительно нас спасли. Не знаю как мои друзья, но у меня даже мышцы пресса разболелись. Нервы…
Филипп, тоже пытаясь восстановить дыхание, только кивнул в знак согласия. Девушка, окончательно смутившись от похвалы начальства, принялась собирать осколки с пола.
- Прекратите немедленно! Еще сами поранитесь. Роботы все уберут. Майкл стремительно подошел к девушке и, присев, взял ее за руки. В очередной раз, забыв про свои порезы. – Ваши руки мне еще будут нужны. Медсестра, не забирая своих рук из ладоней Майкла, подняла на него глаза. – Я буду рядом…
Филипп, уже успокоившись, с удивлением смотрел, как его друг уже несколько секунд сидит рядом с девушкой и держит ее руки в своих. При этом глядя в ее глаза. Как там он говорил? «Мне уже не найти того, чего нет в природе» … Ну да… И главное, нашел время для этого…
- Глеб, вернись. Или мы так и будем любоваться Мари? А может ты передал свои полномочия ей? Филипп нарочито громко говорил, привлекая внимание Майкла. Тот, поднявшись вместе с девушкой, все еще держал ее за руки. Потом, сообразив, что это уже выходит за рамки приличий, резко отдернул руки. Естественно, задев больную. Увидев желание девушки помочь, Майкл тихо сказал: - Не сейчас. И вернувшись, сел рядом с Филиппом.
Пока Глеб и Мари менялись местами, Филипп тихо спросил: потом, объяснишь, что ты в ней нашел?
Майкл, заторможено перевел взгляд на Филиппа: - Что? Вы о чем? И только снова поймав взглядом уходящую девушку ответил: - А… Не знаю… Пока не знаю.
Глебу, наконец, удалось «вытолкать» из поля зрения камеры Мари, которая еще периодически похихикивала и занять свое место.
- Ладно, посмеялись и хватит. С вами вечно, начнешь – не остановишься. Филипп, неожиданно для себя, снова почувствовал себя Филом. - В общем… Что ты там говорил про ваш мгновенный анализ? Я, если честно ничего не понял. А главное… Филипп понизил голос - На каком вы корабле. Я уже совсем запутался. Филипп снова перехватил инициативу разговора, давая время Майклу сосредоточится.
- Мы думали, вы уже догадались. Мы на борту корабля, готовящегося к миссии на Марс. Глеб, рядом со своим изображением, вывел сигнал с камер, расположенные как на внешней поверхности корабля, так и на дронах, находящихся на орбите рядом. Перед глазами Майкла и Филиппа, на фоне черной пустоты космоса, плыла громада корабля, усеянная десятками кибов, со сноровкой и скоростью муравьев, копошащиеся по всей его поверхности. Периодически, когда в кадр попадала яркая вспышка сварки, изображение на секунду темнело, чтобы потом, вновь, ударить по глазам сумасшедшим контрастом. Находясь на солнечной стороне, корабль «извергал» сотни бликов, бьющих по глазам солнечными лучами, не смягченными атмосферой.