К тому же было интересно узнать Оксану. Я слышал о ней не только от Маши. Говорят, перфоманс с полуобнажёными людьми в красной краске на открытие картинной галереи в прошлом году — её рук дело. То представление навевало мысли о сексуальности. Что-то мне подсказывало, что старшая сестра Маши далеко не такая трепетная лань, как она сама.
Так и вышло.
Банально, но я забыл, как дышать. В чёрном блестящем платье с открытой спиной и в пол, она смотрелась шикарно. Фигура — песочные часы. Русые волосы спускались на плечи крупными локонами. Багира, настоящая дикая кошка. Причём и внешне, и повадками.
Она ошпарила меня взглядом, и я понял, что хочу её.
Будет моей.
Прямо сейчас.
Но Оксана только усмехнулась, когда я подошёл к ней:
— Дамир… Дамир, да? — она игриво приподняла идеальную бровь. — Вы пришли сюда с моей сестрой, не так ли? С ней же и уйдёте. Была рада с вами познакомиться.
Глава 31. Оксана
Я вздрагиваю. Пистолет в маленькой ладони моей сестры смотрится как-то нелепо. Похожее впечатление производят накаченные мужчины с силиконовыми вагинами в руках на баннерах в интернет-магазинах товаров для взрослых.
В глазах Маши что-то такое мелькает, болючее, безумное, что заставляет меня поверить во всю серьёзность ситуации.
И даже попрощаться с жизнью… Это угроза? Или же…
Успеваю только отступить на шаг, как на хорошеньком круглом личике Маши появляется натуральный оскал. Безуминка в её глазах вспыхивает, и в следующий миг она нажимает на спусковой крючок.
Звук выстрела… отчётливо проносится сквозь мои мысли.
Но это лишь воображение.
На самом деле из чёртового дула показывается язычок огня.
Зажигалка, всего лишь зажигалка…
Я не успела ощутить лавину страха, накрывшую меня, зато теперь чувствую, как она сходит с тела. Чувство парализующее, но не исключающее боль. Сердце бьётся в бешеном темпе. Я стискиваю пальцы в кулаки и кидаюсь на неё.
Хочется ударить… Бывало, конечно, что я не сдерживалась и давала ей подзатыльник или поджопник в детстве. Потом, правда, долго выслушивала нотации матери, которая в воспитании не то чтобы дока, но всё же достаточно, по её мнению, чтобы поучать.
Сейчас мы взрослые.
Боже, впервые хочется повторить…
— Издеваешься? — вскрикиваю.
А она заливается смехом. Не слишком трезвым, насколько я могу судить.
— Это всего лишь зажигалка. Ты её не помнишь? Это же папина…
Сердце пропускает неверный удар. Точно. Я совсем забыла… Это было так давно… Казалось бы совсем в другой жизни.
Я перехватываю сумку покрепче, решаю хотя бы попытаться обойтись без скандала. Всё, что нужно, уже взяла. Говорить с ней не хочу, не вижу в этом смысла.
— Оксан… — Маша прижимается к дверному косяку. — Ну люблю я его. Ну прости меня. Неужели ты из-за него всё разрушишь у нас с тобой? Мы ведь семья.
Все чувства будто немеют. Видимо, я перешла собственный лимит на гнев, на боль даже. Если говорить про душевную. Поэтому, когда отвечаю, в голосе практически нет эмоций:
— Ты разве не понимаешь? Я так поступаю не из-за самого факта, что ты — любовница Дамира. Ты предала меня. Он предал — ещё ладно. Пусть катится… А ты? О чём ты думала? Да ещё столько лет врать… Знаю, что не смогу тебя простить. Это не какая-то разовая ошибка. Это намеренное зло, которое копилось чёрт знает сколько лет. День за днём…
— Но…
Сестра касается моего предплечья, я одёргиваю руку.
— Уйди! Просто уйди.
Она будто бы теряется. Хотя минуту назад наглости в ней было через край.
Впрочем, может быть это из-за того, что к нам подошёл тот мужчина. Я его имени даже не помню. Марк, может быть?
Поймав мой взгляд, он обаятельно улыбается нарочито белыми зубами и кивает.