Этот мужчина почему-то не перестаёт вызывать во мне волнение. Почему всё-таки он помогает мне? Стоит ли опасаться?
Из-за него.
Или из-за себя…
Сообщение от доктора заставляет меня приподнять брови.
«Ну всё, это рак горла, тебе крышка».
Машинально хватаюсь за шею пальцами, едва не пролив травяного цвета матчу себе на колени.
Эта шутка такая или что?
Уверена, что у Сергея хорошее чувство юмора, но не помню, чтобы он раньше выставлял его впереди себя как оружие.
Не решаюсь ничего ответить. Сама не понимаю, почему. Он вызвался быть моим врачом, и я ожидала, что он сможет успокоить меня. И вообще… мне хотелось бы увидеть его сегодня.
Может быть, он перезвонит и прояснит всё?
Выдыхаю и делаю ещё один глоток. Матча гораздо вкуснее с молоком, но у меня его нет. И тратится больше не хочется. Нужно забрать документы из нашей с Дамиром квартиры. И потом заскочить в банк. У меня есть подушка безопасности.
Пока думаю об этом, частично отвлекаюсь от странного сообщения Сергея и вздрагиваю от неожиданности, когда телефон пиликает снова. Не перезвонил. Написал снова.
Почему так?
Уже без волнения, полного надежды, но с опаской провожу взглядом по экрану.
«Если будешь писать мне в выходной, я тебе и не такие диагнозы поставлю… Сегодня ВОСКРЕСЕНЬЕ».
Вспоминаю, как стояла у моста, а Сергей улыбался, протягивал визитку и сообщал дни приёма.
«Вторник, четверг, пятница и суббота…»
Я торопливо, дрожащими пальцами набираю: «Хорошо, прошу прощения…».
Ответа не следует. Я остаюсь одна в мантии из тревоги. Как же это всё странно. Странно выгораживать женщину, знакомую тебе только со слов друга, от разъярённого мужа, бесплатно лечить и предлагать ей свою квартиру, а потом сетовать на то, что она написала сообщение в выходной день.
Честно говоря, странно было вообще помогать мне, так что…
Почему я решила, что вправе принимать его помощь? Что ничего за этим не последует губительного? Что это безопасно или удобно?
Разумеется, я не могу и дальше оставаться здесь. Мне нужно решить все свои проблемы немедленно и больше не докучать ему.
С этой мыслью я возвращаюсь на кухню, тру кружку губкой до скрипа и с грохотом отставляю её в сторону.
А, может быть, Дамир угрожал ему? Или уже сделал что-то?
Поэтому моё, казалось бы, безобидное сообщение вызвало такую реакцию…
В любом случае, я не должна впутывать Сергея в это.
Когда мы в следующий раз увидимся с ним, я должна буду отдать ему ключи. А это значит, что… Что мне нужна помощь.
Я набираю сообщение на номер подруги Галочки, с которой виделась на этой неделе, но казалось бы в совсем другом пласте времени, где не вскрылось ещё предательство мужа, где всё было терпимо.
«Привет, это Оксана. Я сменила номер. Как ты? Хочу встретиться, если у тебя есть время».
Ответ, конечно же, не заставляет себя долго ждать. И я бы рассмеялась, если бы могла:
«Какая Оксана. У меня много Оксан… Почему пишешь, а не звонишь? Это что, скам?»
Ух ты, сегодня все такие раздражительные… Пишу ей свою фамилию, что не могу говорить из-за простуды (в подробности вдаваться не хочу) и добавляю:
«Ты четыре года назад взяла моё свадебное платье для тематической вечеринки и так и не вернула, помнишь?».
«Да, помню, я его тогда порвала, забыла сказать… Так это ты? Привет!»
Не успеваю закатить глаза (по-доброму), как вдруг она начинает звонить. Ну гениально же!
— Ксюха, так ты, да? Я тебе звонила раза три, ты не отвечаешь. Всё нормально?
Я мычу в ответ. А что делать?
— Что, совсем говорить не хочешь? Ну, то есть не можешь… А это точно не обман? Я никакие деньги переводить не буду! Тем более, нет их у меня… А хочешь знать почему? — она тут же с подозрительного тона переходит на легкомысленно-эмоциональный. — Мой король бросил меня! Ну как бросил… Вообще-то, срок контракта вышел, но я надеялась на продление. И вообще мне казалось, что он полюбил меня! А он… козёл, в общем, а не король.