В итоге только похмеляюсь, надеюсь, что станет легче, руки перестанут трястись, а мозг заплывать, и я ещё смогу кого-нибудь трахнуть сегодня.
Стою под душем где-то час, вода холодная, но я это чувствую весьма и весьма опосредовательно.
Что там делает Оксана? Наверное, тоже без дела не сидит, развлекается… Совсем недавно ещё из дома не могла выйти, а теперь уже по всему городу бегает. У своей ебанутой мамашки вот была — а что дальше? Где она живёт?
В голову пьяную лезут мысли о том, как она, наверное, развлекается с другими мужиками. Но я сам понимаю, что это бред.
Это ведь только я в нашей семье похотливая тварь…
В общем-то неважно, есть у ней кто-то или нет… Она уже сейчас смотрит на меня, как на зверя. Не хочет даже думать о том, чтобы всё исправить. Чтобы дать нашему браку второй шанс. Сука… Так что новый ёбарь не за горами. А как иначе?
Это всё у них быстро происходит.
Опомниться не успеешь, а она уже скачет на другом.
Ёбаная наездница.
Я не должен был ей отпускать. Ни из нашей квартиры, ни потом из квартиры её матери.
Надо было затолкать в машину, устроить её в больничку и там уже спокойно решать, что делать. А теперь она уже наверняка сняла все деньги, нашла себе новое пристанище и подала на развод. Конечно, чем же ей ещё сейчас заниматься?
Повезёт ещё, если не станет пускать обо мне грязные слухи в попытках сорвать примьеру моей группе.
От всех сложностей ещё больше начинает ныть башка.
Я устал. И откровенно говоря я сейчас в такой жопе, что просто не знаю, как из неё выбраться. Пить проще. Забыться — приятный, притягательный вариант.
Я сейчас, наверное, выгляжу просто отвратно со стороны. Свинья, слабовольная, обрюзгшая и похотливая…
Но как будто бы Оксана выглядела лучше в пик своей депрессии. Не на этой человеческой луже я когда-то женился и не её клялся любить.
Так что всё правильно. Всё честно. Но злодей почему-то по-прежнему я.
Блять.
Я один.
Заебись.
Передать не могу, как на самом деле зол. Прямо в душе под потоком воды начинаю колотить стену. Ломаю кафель, вырываю кран, обрушиваю тумбу.
— Блять! Всё на соплях держиться нахуй!
Вырубаю воду и только сейчас улавливаю, как трезвонит дверной звонок.
Дружок по бизнесу — не иначе. Сейчас будет мне ебать мозги.
Рычу, вновь ударяю по стене. Кулак в мясо, но боль сейчас — это то, что мне нужно.
Видеть никого не хочется, но не делать же вид, что ничего нет, прячась в закромах квартиры, как баба. На худой конец просто подпишу все бумаги. Мудак наверняка всё притащил с собой. И пускай забирает все мои деньги и разбирается сам. Там более, там достаточно, чтобы покрыть все ёбаные неудобства.
Натягиваю более или менее чистые штаны и открываю дверь.
— Ну что, нахуй? — сам не понимаю, что именно спрашиваю. И у кого. Потому что когда договариваю, понимаю, что передо мной не партнёр по бизнесу. А грёбаная Маша.
С той первой, давней измены, она, конечно, повзрослела сильнее, чем могла бы. Внешне. Плюс слегка набрала. Никогда ничего к ней не чувствовал.
А сейчас особенно.
Вообще не понимаю, как она могла мне казаться дохрена возмуждающей по сравнению с женой. Может быть, мне просто было её жалко. Может быть, дело в дочке.
К последней сам до сих пор не знаю, как относиться.
Это звучало как подарок. Когда я не знал, что делать с амёбной Оксаной. Как пережить смерть сына. Жизнь казалась сплошным адом. И Маша дала мне какую-то надежду на просвет. Я присматривался к той, кого считал племянницей долгое время. Ждал, когда смогу хоть что-то почувствовать.
И ничего.
— Привет, — Маша вглядывается в меня с опаской в красивых глазах. — Ты в порядке?
— Нет.
Глава 51. Маша
Я буквально чувствую, как отвисает моя челюсть, когда мозг всё-таки осознаёт, что передо мной Дамир. Тот самый недоступный, таинственный, властный, несгибаемый мужчина…
Нет, конечно, за те несколько лет, что мы знакомы, я уже несколько раз сменила ракурс, с которого наблюдала за ним.