И я одна с ним в квартире.
Он запускает руку в волосы, будто бы раздумывает над чем-то. Грудная клетка тяжело вздымается. В глазах постепенно появляется осознание.
Я могу предугадать, что будет дальше.
Мне заранее становится тошно.
Дамир улыбается и говорит:
— Я так рад…
Глава 54. Маша
Я привыкла к тёмной стороне Дамира. Злым, высокомерным, жестоким, с краснеющей чернотой в глазах… таким он представал передо мной гораздо чаще, чем перед своей ненаглядной женой. Как же так получается, что если ты знаешь его лучше, если ты ближе всех, если именно ты видишь его, когда он растоптан, когда он заплакан, когда он пьян, если именно ты прощаешь ему эти слабости… Именно тебя он и выбирает в качестве той, об кого можно спокойно вытереть ноги.
Просто взять и размазать единственного человека, чья любовь сильнее того чудовища, что засело в самую его суть.
Сколько раз он переписывался со мной, когда ему было плохо? Сколько раз раздевал меня взглядом, когда был женат? Сколько раз игрался со мной, сколько раз давал ложную надежду?
Ведь даже моя одержимость не продержалась бы слишком долго, если бы Дамир не подпитывал её, если бы он щедро не отпаивал её своей кровью, но больше — моей.
Как только с Оксаной было какое-то напряжение, он обращался ко мне. Пусть даже ничего не рассказывал. Пусть не говорил о том, как это роковая женщина его мучала, но я чувствовала. Его боль. И мне хотелось его защитить.
О, как несправедлив этот мир…
Перед ней он всегда стремится быть лучше, представать в лучшем свете, чтобы она не посмела усомниться в нём. Чтобы образ сильного и мужественного, идеального мужчины в её глазах не погас… Как Дамир упивался этой сказкой. Она так красиво и умна, она возбуждает его каждый раз до трясучки, она смотрит только на него, все ему завидуют. Они почти что элита.
И неважно, что он пишет мне в три часа ночи, спрашивая, как дела.
Наверное, после очередной ссоры.
Неважно, что ему приходилось пребывать в вечном напряжении, чтобы быть таким, каким он воображает себя в собственной башке. Каким моя сестрёнка его считает.
Я видела его настоящим. Господи, только я видела его настоящим. И видит бог, что я любила его таким. Ценила ту малость, что он мне давал.
Оксана же всегда была голодна… Этой стерве нужно было больше и больше… Кем она себя возомнила? Она думала, что так будет всегда?
Конечно, когда она перестала стараться, все напряжение наконец спало с его плеч. Он смог выдохнуть. Он смог выдохнуть рядом со мной.
В горе и в радости… Оксана могла блестать и удовлетворять его, поддерживать идеальную картинку в его голове только в радости. С горем она не справилась. Её ребёнок, их ребёнок, Сай… Он оказался ей дороже живого мужа.
Разве так можно?
Она не справилась, но все ведут себя так, будто бы виновата я. И она, и теперь Дамир. Вот и его благодарность. Он готов простить ей месяцы лежания на диване, то как она запустила себя и их отношения. То, как она пыталась покончить с собой. Как перед первыми же трудностями спасовала и хлопнула дверью. Просто забила на все клятвы. Бросила его. Да ещё и не просто ушла, а ушла к другому.
Конечно же, эта тварь надолго не осталась одна. Тут же нашёлся мужчина, который смотрит на неё огромными оленьими глазами, который готов подарить ей целый мир.
А она взамен — ничего.
Как она это делает?
Как она это делает?.. Почему она никогда не говорила со мной об этом? Почему не научила? Она ведь моя сестра. Старшая сестра.
Если бы она уделяла мне больше времени, если бы она хотя бы попыталась любить меня, если бы она хотя бы попыталась вести себя так, будто бы я ей дорога, будто бы я хоть кому-нибудь дорога и что-то значу в этом мире… Может быть, я бы и не влюбилась так страшно в её мужчину. Может быть, я бы не старалась изо всех сил стать ей…
Зачем она так?
Зачем она так со всеми нами?
И несмотря на то, что она сделала и делает, Дамир готов ей всё простить. Готов стоять на коленях перед той, кто бросила и предала его в сложную минуту точно так же, как он предал ей.
Я знаю, в этой истории я — тварь.
Но всё что я делала — это любила его. Даже ничего не требуя взамен. Я просто была рядом. Чтобы поддержать его в самые трудные моменты. Чтобы всегда быть рядом, позволить ему напитаться своей энергией, прильнуть к теплу, которое не способна была дать ему жена…