Сняв броню и вдохнув запах жара и горелой земли, Стивен подошёл к группе. Посмотрел на Гендальфа, что стоял на стене.
– Что это были за балахоны? И умерли ли они?
– Я думаю, нет, – Гендальф спустился вниз по лестнице, опираясь на посох, – но они нескоро оправятся от поражения.
К ним подошёл Арагорн, всё ещё бывший под впечатлением от боя, подбежали перепуганные хоббиты.
Не успели они наговориться, как в стороне послышался шум. Вернее, услышали его только Пегги и Стив, первая – за счёт импланта, второй – благодаря обострённым чувствам. Пегги наставила туда винтовку, тут же извлечённую из подпространства, Стив взял в руки щит и пистолет.
Однако, всё оказалось более тривиально. К ним ехал всадник, и совсем даже не чёрный, а на белом коне. Картер разглядела девушку и опустила винтовку:
– Не знаю кто это. Женщина, лет тридцати, ушастая, – она спрятала винтовку обратно в инвентарь и скосила взгляд на Стива, – опусти щит. Не надо проявлять враждебность.
Стив молча подчинился, Гендальф, дождавшись, когда всадница приблизится, на эльфийском языке поприветствовал её:
– Добрейшего вечера, Ундомиэль, дочь Элронда…
– И тебе здравствовать, Митрандир. Владычица Галадриэль почувствовала чёрных всадников и отправила меня на помощь. Вы сражались? – она грациозно спустилась с лошади и подошла к старому волшебнику. Волшебник улыбнулся в бороду:
– Сражались наши друзья, – Гендальф тут же их представил: – Это Стивен Роджерс и его невеста, Пегги Картер.
Стивен и Пегги переглянулись, потом Стив огорошил Гендальфа тем, что спросил на древнеэльфийском наречии:
– Представь нас, Гендальф, ибо мы не ведаем, кто Галадриэль и кто Ундомиэль.
Гендальф только и понял его, Ундомиэль, она же Арвен, поняла только пару слов, остальное в его языке было для неё загадкой. Дальше Арвен перевела взгляд на Гендальфа, который так же ответил Стивену на певучем, похожим на язык Талиска. Пегги присоединилась к разговору. Коротко переговорив с Гендальфом по поводу того, кто такая Арвен, а так же Гендальф ввёл своих спутников в курс дела по поводу того, куда они все теперь направляются. Отказывать Галадриэль не хотел даже старый Гендальф.
– О чём вы говорите? – на лице Арвен появилось замешательство, – и что это за язык? Похож на древнее наречие Талиска…
– Нет, Светлейшая, этот язык намного древнее. Им владели первые эльфы, лишь появившись на свет, – ухмыльнувшись в бороду, сказал Гендальф, – ныне среди вашего народа он известен как древнеквендийский, – он повернулся к Стивену, – неужели ты не владеешь квэнья? И почему перешёл на этот язык?
– Не знаю. А тем языком, на котором вы говорите, я не владею. Видимо, те, кто составляли наши словари, были тут задолго до появления этого языка.
Гендальф переглянулся с Пегги и обратился к Арвен:
– Чёрные всадники были биты и огнём их вплавили в камень, – он показал посохом на бесформенные кучи оплавленных камней, – но они наберут силы после этого поражения. Их мир – мир духов, физическая оболочка не так важна для них.
Арвен оглядела место боя, после чего спросила:
– Как вы смогли это сделать?
– Это всё они, – Гендальф улыбнулся в бороду, – наши друзья.
Путешествие до Ривенделла было долгим. Стив и Пегги периодически одевали костюмы и взлетали ввысь, словно соколы, паря в голубом небе, взлетая выше облаков и обозревая окружающую их природу. Они служили и авиаразведкой, и группой быстрого реагирования. Пегги нравилось летать больше, чем Стиву – она с удовольствием кувыркалась в воздухе и отвесно падала вниз, тормозя у самой земли, заставляя сердце Роджерса обливаться кровью. Арвен побила эльфийские рекорды по выпученным глазам, когда они взлетели в первый раз, что бы разведать обстановку. Глухая броня из прочнейшего металла, плюс возможность летать быстрее ветра… Стив и Пегги облетели большую площадь со скоростью почти в три с половиной тысячи километров в час. За десять минут они слетали к Ривенделлу, запомнили дорогу, выбрали наиболее удобные пути. И через десять минут – вернулись обратно к группе, сообщив, куда они летали. Арвен им не поверила: