Стив Роджерс понял задумку своего шефа:
– Но во-первых – у нас нет на это полномочий. А во-вторых… как ты себе это представляешь?
– Нда. Вопрос, конечно, скользкий. Я представляю себе это как информационный контакт и обмен в большинстве своём опытом. Жители земли давно уже разучились относиться с уважением к природе планеты. Земля, откровенно говоря, засрана. А вопрос полномочий… тут я с тобой не соглашусь. Кто в здравом уме обвинит нас? Ведь технология портала работает с помощью Великой Силы. То есть недоступна ни землянам, ни подавляющему числу цивилизаций галактики. Надо только оградить этот мир от земных… уродов. Знаю я их – пошлют кучу людей, вынюхивать, выискивать и разведывать… И постепенно, в приступе своей безумной гордыни, попробуют подмять под себя Арду.
– И превратить Арду в ещё одну ресурсную колонию? Сырьевой придаток? – с открытой неприязнью на лице спросил Стив.
– Это нерентабельно. К тому же, мы всеми силами будем этому противиться. Однако, дипломатический опыт между мирами, пусть даже и с таким миром, как Арда, может быть очень полезен, как в плане привыкания к тому, что они не одни во вселенной, так и в плане отношений с нечеловеческими цивилизациями.
Пегги задумалась:
– К этому можно привлечь ЩИТ.
– Вот только не их, – ужаснулся я, – ЩИТ это чисто американская служба. А Америка – самая могущественная страна в мире, гегемон. Это значит, что они либо уничтожат Арду, как потенциальную угрозу «Национальной безопасности», либо будут превращать её в свою колонию, или, как выражаются официальные лица – «Развивать демократию». В этом случае всё закончится очень плачевно. Для американцев, если я успею предотвратить катаклизм, и для землян в целом – если нет.
– Это ты к чему?
– К тому, дорогая моя Пегги Картер, что тот, кто колонизировал эту планету, может подумать, что и землю неплохо бы включить в своё царство. И людишки, загадившие пол планеты, в его планы вписываться не будут. Чуешь, к чему я клоню?
– Это может быть опасно…
– Если отдать это дело Америке, которая, как я уже говорил, имеет опасную привычку либо уничтожать, либо подчинять себе всех, до кого дотянется, то это может закончиться масштабным геноцидом, либо Арды, либо землян, либо и тех и других, но по очереди.
Стив Роджерс был далёк от дипломатии, в отличии от своей девушки, но явно не хотел, что бы Арда стала «демократизированной» и разграбленной страной.
Троица вышла из Гарцующего пони уже под вечер. Стив осмотрел машину:
– Твоя?
– Ещё бы.
– И зачем ты приехал на машине, если есть летающий костюм? – спросил Роджерс.
– Да, просто захотел полюбоваться видами природы. Хотя летать, наверное, лучше…
Хьярти спрятал автомобиль в пространственный карман и одел доспех: – полетели!
Они поднялись в небо и отправились в сторону Ривенделла.
Гном Гимли сидел в кресле и покуривал трубку, смотря из-под густых бровей на ругающихся людей и эльфов, и даже хоббитов. Один он, попробовав разрушить кольцо, потерпел неудачу и решил больше не лезть, от греха подальше. Спор набирал обороты и был прерван свистом в небе. С неба на площадку опускались три точки, которые быстро превратились в фигуры воинов – приблизились. Гости приземлились, заставив остальных отшатнуться. Гендальф сразу заметил странного рыцаря в броне, более толстой, чем у Стивена.
– Кто это? – спросил он у Пегги.
Картер, сняв костюм, тут же ответила:
– Это Хьярти, наш командир. Хьярти, это Гендальф Серый, волшебник.
Хьярти, сняв броню, оценивающе посмотрел на Гендальфа:
– Да… чувствую. Будем знакомы.
Споры по поводу кольца закончились – всем теперь был интересен Хьярти. И в первую очередь этот интерес проявил Элронд. Он встал со своего кресла, приблизившись, но ничего не говоря. В свою очередь Хьярти обратил внимание на эльфа и коротко поклонился ему, перейдя на древнеэльфийский:
– Должно быть вы – местный глава?
– Это так, – ответил Элронд на том же языке, – кто ты?