За этими пулемётами, в фюзеляже, была размещена основная сила ганшипа – две пушки МТ-12, с ручным заряжанием. Пушки были разнесены по бортам – одна в передней части, одна в задней. Между двумя артиллерийскими площадками находились по два пулемётных гнезда с каждого борта – для поражения легкобронированной техники и живой силы противника. Тут же – автоматические гранатомёты с удлинённым стволом. По одному на каждый борт, но это оружие непосредственной обороны, если кто-то совсем рядом под ганшипом будет шуметь.
Итого – каждый борт вертолёта имел шестиствольную двадцатимиллиметровую и одну классическую стомиллиметровую пушку, два крупнокалиберных пулемёта и один сорокамиллиметровый гранатомёт.
Ощетинившийся стволами ганшип выглядел грозно и опасно. Однако, уже в процессе проектирования стало ясно одно – либо мы делаем транспортную систему, либо оружейную. Совместить приятное с полезным оказалось нереально, так как совмещение снижало эффективность системы и в качестве десантного вертолёта и в качестве ганшипа. Ну да и чёрт с ними – вполне устраивает меня и то, что наворотил Хьярти в качестве грузовоза. А ганшип… Ганшип есть вещь крайне нужная, главное – что бы у него было побольше оружия и боеприпасов. В задней части добавил пулемёт-миниган калибра 7.62 – некоторые любят стрелять после неудачного захода в спину из ПЗРК. С таким защитным вооружением – даже не сунутся.
После этого сразу же занялся проблемой массовости наших проектов. Проблема была серьёзной – в масштабах России – считать технику вставшей на вооружение до принятия хотя бы тысячи единиц – преждевременно. Это минимальный порог, поэтому, от него и отталкиваемся. Бомбардировщики и вообще самолёты под эту категорию не попадают – там другие цифры в ходу. А вот что касается пехотной техники, то тут да, тут уже счёт начинается с тысячи. Самолёты – с сотни. На данный момент в Липецк и Торжок уже отправлено более трёхсот единиц – около сотни самолётов в Липецк и около двухсот вертолётов в Торжок.
Да, эффект уже был оказан, причём – серьёзный. Народ всерьёз уже говорил про модернизацию, однако… однако, малочисленность новых образцов военной техники херила все хорошие начинания.
И ведь что самое главное – помимо оружия солдатам нужно очень много всего, совсем не летального. Все новые роботы, особенно уралботы, я отправляю на заводы ВПК, вместе с командами, которые занимаются модернизацией. Станки и оборудование с машиностроительных предприятий – туда же. Но резкого повышения эффективности труда не наблюдается, слишком уж предприятия требовательны к ручному труду… Единственное, что мне реально удалось сделать – это модернизировать завод по производству бронежилетов и вообще – кевлара. Сырьё теперь приходилось везти в город Ижевск из Екатеринбурга – из этого сырья там делали в полуавтоматическом режиме бронежилеты. Аналогичные бронежилеты делались на наших предприятиях, но в намного меньшем количестве – десятки штук в день, тогда как Ижевские уже выпустили девять тысяч комплектов формы с нашим кевларом. Прочнейшим.
Похожий кевлар использован в конструкции десантных катеров на вертолётоносцах. В производстве же брони штурмовых вертолётов делали броню из кевлара и фуллеренов, вернее, фуллерена под названием «Насгвентейн-444», или просто «четвёрки». Слойка из кевларовых волокон и волокон четвёрки и титановых пластин – лучшая броня для вертолёта или самолёта. Корпуса самолётов почти полностью делались из подобных слоек, а в вертолётах – броня защищала в основном экипаж и важные узлы машины.
Из-за сложности производства массовости не получалось – какое облегчение было – сбросить часть своей нагрузки на Ижевское предприятие, занимающееся выпуском бронежилетов!
Все нововведения проходили тест во время работы группировки «ГО» – особенно нелетальное и специальное оружие. Группировка за февраль развернулась широко, а в начале марта уже представляла серьёзную угрозу всему преступному миру. Борьба с преступностью перекинулась на борьбу со взяточничеством, и вот тут уже вся правительственная система ополчилась на ГО. Однако, члены организации рубили руки всем взяточникам, причём, под раздачу попали как крупные чиновники из МинОбороны, так и мелкие, но закоснелые мздоимцы из полиции. Результат операции обескуражил – за половину марта было отрублено шестьдесят четыре руки и пяти десятков чиновников. При этом вся доказательная база – показания, видеозаписи контрольных закупок и так далее – в наличии. Однако, возбуждать уголовные дела, даже при наличии видеозаписей, никто не спешил.