– В смысле?
– Они шантажируют инженера из ЦЭМа, угрожают родственникам.
– Так… это уже серьёзно, – я встал со своей кровати в номере отеля, – угрожают, говоришь? Куда контрразведка смотрит…
– Куда угодно, но не на нас. Два человека похитили жену и дочь инженера, ещё один – договаривается о передаче секретов компании…
– Досье, быстро. Кто это такой решил рискнуть здоровьем…
Через секунду я уже усваивал информацию. Так, агенты нашей великолепнейшей организации ЩИТ. Прилетели вчера, двое оперативников отправились домой, похитили девочек, глава группы – нагло поехал разговаривать с инженером.
– Так, снимай всё на камеры, поднимай дежурную группу СБ. Необходимо раскрутить их на максимальные зверства. Устроим показательную порку! По закону.
Я бегом оделся и, оставив вместо себя дроида-репликанта, под покровом невидимости покинул отель. И пулей вылетел из Сербии в Екатеринбург.
Так-так-так…
– Берси, твои мысли?
– По поводу порки? Подать на них в суд.
– Мало. Надо их унизить, причём давить аккуратно через наши пропагандистские средства.
– И что же вы собираетесь делать?
– Сейчас и посмотрим, – хищно улыбнулся я, – просто подготовь исковое заявление, Арес – подними по-тихому бойцов-диверсантов, спеленай агентов, когда они начнут зверствовать.
Метод у моих терминаторов был простой – против лома нет приёма. Так что шанса у врага нет заведомо.
Самолёт, казалось, летел в Екатеринбург мучительно медленно. Час. Я за этот час извёлся весь, так что, прилетев, с удовольствием выбрался из самолёта и бросился к ожидающей меня машине.
Так, – я сел в кресло, сцепив руки перед лицом, – агент Джонсон, агент Шекли, агент Ли. И эти идиоты решили поиграть в мёртвых героев.
Всех троих занесли на тюремный уровень, вокруг стояло десять дроидов, взяв их на прицел винтовок. Агентов засадили в сверхпрочный куб из прозрачного пластика, с микроскопическими отверстиями для дыхания. Выбраться нельзя, никак. Тюремный уровень штаб-квартиры был предусмотрен Берси, изолирован от внешнего мира лучше, чем тюрьма Таноса.
– Берси, разбудить их?
– Как пожелаете.
– Что говорит инженер?
– Отходит от шока. Семья в порядке.
– Дай ему десять-двадцать тысяч евро, за лояльность компании.
– Передано.
Агенты ЩИТа начали просыпаться. Я сидел в кресле рядом с их камерами – изолированными, и читал досье, в бумажном виде. Тщательно так читал и думал, что с ними делать. Что делать с этими придурками? Сдать назад Фьюри? Ну нет, публичная порка, только публичная порка!
Я достал чистые листы из ящика стола неподалёку, ручки, и образцы заявлений. Подошёл к камерам, где агенты потихоньку начали приходить в себя. Бросил через небольшое окошко в прозрачной броне им листы:
– Встать!
Джонсон – типичный американец – с характерной внешностью, мордастый. Шекли – типичный британский учёный – в свитере с галстучком, слегка рыжеватый, тощий и с классическими англо-сакскими чертами лица. Ли – китаец, и этим всё сказано.
Джонсон очнулся первым, он, стеная, осмотрелся и бросился было ко мне, но натолкнулся на идеально прозрачное бронестекло. Вообще-то это не стекло, но не суть, пока что – они мои аквариумные рыбки.
– Так, как обычно. Агрессивен, как бабуин.
Джонсон не ответил, он оглядывал своих людей.
Когда все очнулись и начали переговариваться, я привлёк их внимание:
– Ну что, гаврики, попались? Хотя это обычное дело, но до шантажа Фьюри дошёл впервые. Так что будет вам показательная порка. У вас в камерах бумага и ручка, пишите явку с повинной на имя директора ФСБ. Если через час не будет подробного рассказа о том, какие вы бяки и как вы раскаиваетесь в содеянном… то через два видеозаписи вашего преступления попадут в интернет.
– Ты ничего не докажешь, – нахмурился мордастый.
Я достал из кармана смартфон и Берси включил видеозапись переговоров. Показал смартфон Джонсону.
– Каждый ваш шаг фиксировали десятки камер. У меня есть столько доказательств, что, если я захочу, через неделю толпа разозлённых граждан будет штурмовать штаб ЩИТа, требуя линчевать Фьюри и объявить вашу организацию вне закона. Вы уже в дерьме по уши. Причём хороший парень здесь один, это я. Я защитил невинных граждан от плохих парней, которые хотели убить двух испуганных девочек…
– Да не собирались мы их убивать! – разозлился Шекли.
– Правда? А на видео ты совсем другое говоришь. Ну так кому верить? Я, пожалуй, поверю видеозаписи, – спрятал смартфон в карман, – У вас есть уже пятьдесят пять минут на то, чтобы с чувством, с толком, с расстановкой написать все подробности своего преступления. Интересы ФСБ и правительства мне как-то фиолетовы, зато я не отказался бы устроить публичную порку Нику Фьюри. Поэтому на «тихо свалим» можете не надеяться.